Тилль рыскал по Хоринису, расспрашивая всех об Альдере, но тот как сквозь землю провалился! А упорные слухи о том, что именно его друг виноват во всей этой заварушке, наводили Тилля на грустные мысли, что его названный брат скорее всего трагически погиб.
Какого же было его удивление, когда Альдер объявился в городе. Живой и невредимый! Да ещё с какой-то женой в придачу! Кроме того, он совершенно игнорировал своего друга. Только моё присутствие сдерживало Тилля от немедленной разборки.
Так значит Тилль обратил на меня внимание только потому, что я была с Альдером?! А я то, дура, размечталась!
— Я решил пойти к Альдеру домой, — продолжал тем временем Тилль, совершенно не замечая мой разобиженный вид. — Но один добрый человек предупредил, что судья подписал приказ о моём аресте, и что сегодня ночью за мной явятся стражники. Пришлось бежать прямо с концерта.
Я решил отсидеться у Кавалорна. Старый охотник в это время как раз живёт на своей дальней заимке. Но когда, через несколько дней, заявился к нему то узнал, что судья назначил приличную награду за мою голову. Несколько охотников и наёмников шли по моему следу.
Кавалорн рассказал про эту полянку. Орки почему-то обходят её стороной, а люди вообще не лезут так далеко на орочи земли. Поэтому охотник посоветовал мне отсидеться здесь. Ну, а орков я никогда не боялся и всегда легко обводил их вокруг пальца.
— Ещё бы! — встрял в разговор Альдер. — Легко избегать орков, когда сам на половину орк!
Я внимательней присмотрелась к Тиллю. Ну здоровый, лохматый, сейчас прилично заросший, что же здесь от орков? Посмотрел бы Альдер в зеркало на себя! Сомневаюсь, что нашёл бы больше трёх отличий от своего приятеля! Может от орков достался противный характер? Но разве в природе существуют мужчины с хорошим характером? Я не встречала, очень редкий вид!
Воины света о чём-то тихо спорили, а я смотрела на пламя костра и думала о своей, так неожиданно изменившейся судьбе…
Что ожидает меня завтра?
***
На лесной полянке, затерянной посреди орочих земель, мы просидели больше недели.
Двое моих попутчиков чуть не довели меня до инфаркта! Альдер постоянной заботой, а Тилль идиотскими шутками. Иногда я вполне серьёзно жалела, что Синтила, в своё время, не добралась до него!
Но Тилль был такой обаятельный! Делая всякие мелкие пакости, он мило улыбался и смотрел невинными глазами. Обижаться на него было просто не возможно! Такая лапочка!
К тому же по вечерам, он устраивал лично для меня концерты. Оказывается, в его репертуаре были и приличные песни! Я могла слушать его часами. А вот Альдер всегда ругался: «Дождётесь, что орки сбегутся послушать! Ты, Тилль, ещё фейерверков запусти, что бы они с пути не сбились!»
По-моему, он просто завидовал!
И все-таки Тилль, при всей своей неотразимости, умудрялся довести меня до бешенства. И однажды, выплеснув на землю круто посоленный и наперченный чай, я пообещала ему, что всё припомню, когда стану волшебницей в полную силу!
Тилль очень обиделся! Целый день он не обращал на меня ни какого внимания, будто нет меня в природе. Какой же это был счастливый и спокойный день!
Но к вечеру все обиды были благополучно забыты, причём с обоих сторон. Мы с Тиллем, усевшись у костра, рассказывали друг другу анекдоты и хохотали на весь лес. Альдер только головой качал и хмурился, чем очень сильно смахивал на чопорного Ксардаса. Забыл уже, что сам вытворял в башне некроманта!
В тот вечер, насмотревшись на нас, Альдер сказал, что пора уходить, иначе он сойдёт с ума. А потом предложил выпить «Бешеных мурашек». Мой бурный протест вызвал лишь такой же бурный интерес Тилля. Я пить наотрез отказалась, поэтому остаток вечера и полночи была вынуждена любоваться на двух придурков.
Мне кажется, что это была маленькая месть Альдера.
Когда моё терпение кончилось, я потихоньку подсыпала в распечатанную бутылку снотворного. Светлые воины попадали у костра, дружно захрапев. Я даже не стала накрывать их, небось мурашки не дадут им замерзнуть!
Сама же легла поближе к костру, хорошенько закутавшись в плащ, так как достаточно свежий ветерок, обещал прохладное утро.
Проснувшись довольно поздно, я обнаружила, что любители выпить ещё сладко спят. Я сходила к ручью за водой. Вернувшись, стала заваривать чай, набранными по дороге огненными ягодами. Вскоре закопошились Альдер и Тилль. Приняв сидячее положение, они принялись зевать и потягиваться.