Марк замер, медленно обернулся и посмотрел ей в лицо.
— Какой священник? — спросил он с напускным безразличием.
— Он сказал, что поможет. Человек, который приходил вчера. Хороший человек, очень хороший, очень добрый. Дал мне пятьдесят долларов.
Марк похолодел. Этот человек снова опередил его. Отец Грегори был прав: они имеют дело с профессионалом.
— Вы можете описать его, миссис Казефикис?
— Что вы имеете в виду?
— Как он выглядел?
— Крупный мужчина, очень смуглый… — начала она.
Приходилось соображать на ходу. Должно быть, это он прошел мимо него из лифта, а еще раньше удержал отца Грегори от поездки в больницу. Если бы миссис Казефикис хоть что-нибудь знала о заговоре, он бы, не задумываясь, отправил ее на тот свет вслед за мужем.
— У него была борода, миссис Казефикис?
— Вроде была, — она колебалась, — а вообще-то я не помню.
Марк попросил ее оставаться в доме и не выходить ни при каких обстоятельствах. Потом извинился, сказав, что должен наведаться в отдел социального обеспечения и в Иммиграционную службу. Он учился лгать. Чисто выбритый православный священник оказался неплохим учителем.
Он прыгнул в машину и проехал несколько метров до ближайшего платного телефона. Набрал телефон директора. Директор поднял трубку.
— Юлий.
— Ваш номер?
Через тридцать секунд телефон зазвонил. Марк рассказал все, стараясь ничего не упустить.
— Немедленно посылаю к вам криминалиста. А вы возвращайтесь, утешьте ее. И старайтесь соображать по ходу дела, Эндрюс. Хотелось бы получить эти пятьдесят долларов. Они были одной бумажкой или нет? На них могли сохраниться отпечатки пальцев.
Телефон щелкнул. Марк нахмурился. Если священнику-оборотню не всегда удается его обскакать, то директор, как правило, соображает быстрее.
Марк вернулся к миссис Казефикис и сказал, что ее делом займутся в самых высоких инстанциях; не забыть бы поговорить об этом с директором при встрече. На всякий случай он сделал запись в блокноте.
— Вы уверены, что там было пятьдесят долларов, миссис Казефикис? — спросил он как бы между прочим.
— Уверена, не каждый день видишь пятидесятидолларовую бумажку, а мне это тогда пришлось так кстати.
— Вы не помните, что вы с ней сделали?
— Помню. Пошла купила еды в супермаркете, прямо перед закрытием.
— В каком супермаркете, миссис Казефикис?
— Уитон. Это рядом, через несколько домов.
— Когда это произошло?
— Вчера вечером, около шести.
Марк понимал: если он еще не опоздал, нельзя терять ни минуты.
— Миссис Казефикис, сюда скоро придет один мой коллега, мой друг из ФБР, и попросит вас описать доброго батюшку, который дал вам деньги. Очень важно, чтоб вы вспомнили о нем как можно больше. Ни о чем не тревожьтесь, мы делаем все, чтобы помочь вам.
Поколебавшись, Марк вытащил из бумажника пятидесятидолларовую банкноту и протянул ей. Она впервые улыбнулась.
— А теперь, миссис Казефикис, хочу попросить вас об одолжении. Если православный священник придет к вам снова, не говорите ему о нашей беседе, просто позвоните мне по этому телефону, — сказал Марк и протянул ей карточку.
Ариана Казефикис кивнула, но взгляд ее серых, без блеска глаз не отпускал его, пока он не сел в машину. Она растерялась — и один, и другой дали ей по пятьдесят долларов. Кому же верить?
Марк с трудом втиснул машину на стоянке напротив супермаркета Уитон. Огромный знак на витрине указывал, что внутри есть холодное баночное пиво. Над витриной высился бело-синий картонный купол Капитолия. Пять дней, подумал Марк. Он зашел в магазин — маленькое семейное частное заведение. Одна стена была заставлена банками пива, другая — бутылками вина, а посередине в четыре ряда шли консервы и замороженные продукты. Вдоль задней стены тянулся прилавок мясника. Других продуктов не было, и Марк направился прямо к нему, на ходу попросив:
— Пожалуйста, позовите управляющего.
— Зачем? — спросил мясник, подозрительно разглядывая посетителя.
Марк предъявил удостоверение.
Мясник пожал плечами и, повернув голову, закричал:
— Эй, Флавио, выходи. Тут из ФБР пришли по твою душу.
Через несколько секунд из двери слева от мясного прилавка возник управляющий, краснолицый большой итальянец.
— Чем могу быть полезен, мистер…
— Эндрюс, ФБР, — сказал Марк и вновь показал документы.
— Хорошо. И чего вы хотите, мистер Эндрюс? Меня зовут Флавио Гида. Это мой магазин. Хорошее, добропорядочное заведение.
— Не сомневаюсь, мистер Гида. Я просто надеюсь, что вы могли бы мне помочь. Я расследую дело о краже, и у меня есть основания подозревать, что вчера в вашем супермаркете разменяли одну из краденых пятидесятидолларовых банкнот. Может быть, нам удастся каким-нибудь образом проследить ее путь.