Прежде всего и чаще всего метафоризации подвергаются слова, обладающие многозначностью и смысловой многогранностью. Слова же терминологического характера, которые отличаются точностью и определенностью смысла, являются плохим материалом для образования метафор. К этим словам непосредственно примыкает лексика, имеющая конкретно-предметное значение (стул, стол, диван, карандаш, стакан, лампа и т. п.).
Если заняться наблюдениями и проследить, какие слова легко метафоризуются, то можно выделить несколько тематических групп. К первой из них принадлежат названия животных (медведь, собака, лиса, заяц, волк, лев и др.), рыб (карась, щука, акула, кит и др.), насекомых (комар, пчела, муравей, стрекоза и др.), пресмыкающихся (змея, уж, крокодил и др.).
Характеристика положительных качеств выражается преимущественно с помощью названий птиц (орел, сокол, лебедь, голубка). Отрицательная характеристика передается в основном благодаря метафоризации названий животных (осел, баран, лиса, крыса, кот). Причем степень переносных значений слов различна. Так, например, слово осел, употребленное в переносном значении для названия глупого, упрямого человека, выступает у Г. Р. Державина синонимом к слову дурак:
В «Недоросле» Д. И. Фонвизина ярко выступает переносно-фигуральное значение слова крыса: «Ну давай доску, гарнизонная крыса! Задавай, что писать», — обращается Митрофан к Цифиркину.
Интересно, что названия ценных минералов и ископаемых: рубин, алмаз, бриллиант, золото, серебро, железо, сталь, чугун — редко употребляют метафорически. Чаще всего от них образуются прилагательные, дающие качественные характеристики: железная воля, стальные мускулы, золотое сердце, чугунный лоб, серебряная седина.
Любопытно, что далеко не все названия одежды употребляются метафорически. Если, например, слово колпак используется для обозначения чудаковатого человека, слово шляпа — недалекого, а слово рубаха — простоватого человека, то слова пальто, пиджак, брюки, жилет метафорически вообще не употребляются. С другой стороны, названия различных материй (бархат, шелк, ситец, атлас), легко метафоризируются:
Свободно метафоризируются названия деревьев, цветов и фруктов (дуб, береза, осина, роза, фиалка, ландыш, яблочко, вишня) и, наоборот, названия овощей: брюква, тыква, горох, картофель — из-за своего прозаического назначения остаются обычно вне поэтического употребления.
С глубокой древности в систему метафорических значений вовлечены слова, обозначающие времена года и различные явления природы: весна, осень, зима, лето, гром, молния, гроза, буря, солнце, звезды, месяц, заря, закат:
В заключение скажу несколько слов о метафорических определениях (эпитетах), под которыми понимаются художественные определения, существенно отличающиеся от обычных логических определений, принятых в деловой и научной речи. Художественными определениями могут становиться многие слова при условии, если они перемещаются из присущей им сферы употребления в другое стилистическое окружение. Особенно ярко это прослеживается в сатирических произведениях, где подобные определения создаются путем сочетания стилистических контрастов. Так, например, М. Е. Салтыков-Щедрин говорит, что пирог может быть архиерейский, абстрактный, казенный; правда — княжеская, дворянская, чиновничья, мужицкая. А Тургенев дает такие характеристики человеческого лица: вопросительное, беспокойное, почти любопытствующее, бледное, нежное, злое, прелестное — и взгляда: вдумчивый, деловой, жадный, пристальный, но не внимательный, словно в себя углубленный, и т. п.