-- Да нет, он же все забрал обратно.
Вот тут у Андрея, что называется, пробежал холодок. И не только по спине - по всему телу. Он понял, что убийцы могут быть еще где-то здесь. Стало по настоящему страшно. Он с трудом взглянул вверх, боясь увидеть сверху кого-то с пистолетом в руке.
-- Ну, пойдем, Маша.
Маша оказалась куда мужественнее. Она смело поднялась по лестнице, Андрей за ней. Андрей поспешил во двор. Они подошли к машине. Машина не была заперта. Мобильный телефон Димы лежал на сиденье и был выключен.
-- Андрей, ничего не трогайте, пожалуйста. Я сейчас позвоню нашим в контору.
-- Да, конечно.
Маша достала из сумочки свой мобильный телефон и стала набирать номер.
-- Андрей, посидите, пожалуйста, пока вон на той скамейке. Ладно? Приходите в себя.
-- Да я в норме.
-- Не надо. Я все вижу. На вас лица нет. Посидите. Вам еще понадобится много мужества.
Андрей послушался, и сел на скамейку, прислонясь спиной к стене дома.
Он посмотрел на синее подмосковное небо, на кромку леса и внезапно услышал пение птиц. Шум листвы. Откуда-то из соседних домов доносилась музыка. Слышны были голоса детей...
Жизнь продолжалась.
Маша говорила с кем-то по телефону, но Андрей не прислушивался к ее разговору. Ему было очень плохо и очень страшно.
* * *Довольно скоро приехали милиционеры. С ними разговаривала, в основном, Маша. Потом приехали три юриста из адвокатского бюро, в котором работали Дима и Маша.
Уже стемнело, когда на машине одного из коллег Дмирия Машу и Андрея отвезли в Москву. Маша попросила высадить их где-нибудь в центре. Олег - так звали их коллегу - притормозил на Пушкинской площади, и они вышли прямо к памятнику поэту.
На площади было шумно и весело.
Вокруг памятника, как всегда, было много народу, назначавшего здесь свидания. На ступеньках киноконцертного зала "Пушкинский" колыхалась толпа - видимо, скоро должен был начаться сеанс какого-то популярного фильма. По бульвару и по Тверской, сверкая огнями, медленно протискивались потоки автомобилей.
Маша и Андрей побрели в сторону кинотеатра.
-- Андрей, теперь вы понимаете, как серьезно все, о чем говорил Дмитрий Васильевич?
-- Да уж ...
-- Вы ознакомились с документами?
-- Еще не со всеми. Я пока читаю доклад, который Дима готовил, а сами документы я пока не смотрел. Честно говоря, мне все это казалось чем-то вроде ...
Андрей задумался, подбирая слова, но Маша не стала дожидаться.
-- Я понимаю. Это слишком необычно, чтобы в это поверить.
-- Да, - сказал Андрей, - На меня это производило впечатление публицистики, что ли. Понимаете, Маша, всю мировую историю постфактум можно легко загнать в рамки теории заговора. Причем для одних и тех же событий можно придумать несколько идеологических обоснований и сконструировать несколько теорий заговора.
-- Но его убили, понимаете? Это не теория!
-- Маша, а вы уверены, что его убили? А если да, то в связи именно с этим расследованием? Подумайте, ведь ваша контора ведет немало других дел. Мало ли может быть других мотивов?
-- Да нет, Андрей. Я уверена. Конечно, вскрытие установит причину смерти. Приэтом они могут ввести такие препараты, что будет полная картина, скажем, инфаркта. Но я уверена... И наши ребята проведут специальную проверку. Мы тоже с понятием. А что касается других дел, то, во-первых, я знаю все дела, которые мы вели. Мотивов там нет. Поверьте нашему опыту. Убивают далеко не по любому поводу. Но, главное не в этом. Вы просто пока еще не знаете, до чего он докопался. Все дело в этом. Он не просто нашел материалы, свидетельствующие о, скажем мягко, вмешательстве во внутренние дела суверенного государства. Он узнал не только об уже совершенных конкретных преступлениях - убийствах, например, но и о планах по совершению в ближайшее время чудовищной акции массового уничтожения неугодной им части населения. Дмитрий Васильевич располагал документальным подтверждением этого и готов был сорвать эти планы. Вот в чем дело, Андрей.
-- Ах вот как... Значит именно ради этих документов его и убили?
-- Да. Именно из-за них.
-- То есть, теперь уже ничего нельзя доказать? - спросил Андрей.
Маша не ответила. Они приблизились к кинотеатру настолько, что толпа их разъединила. Маша молча махнула рукой, показывая Андрею направление движения.. Они обошли кинотеатр справа и перешли в скверик, разделявший Страстной бульвар на два потока.
-- Итак, Андрей, - продолжила Маша, - Раз Дмитрий Васильевич вам доверил всю эту информацию, слушайте. И не удивляйтесь что я буду опять говорить прямо вам в ухо.
Они остановились. Маша, касаясь уха губами, зашептала: "В тайнике были качественные копии. Дмитрий Васильевич допускал именно такое развитие событий. Правда, он не думал, что все произойдет так быстро. Все подлинники, а также много важной информации на дискетах, хранится у меня."
- Вы меня слушаете? - обиженно сказала она, когда Андрей слегка повернул голову.
-- Да, конечно. просто мой отец был знаком с Высоцким, вот я и отвлекся, глядя на этот памятник.
-- Ужасный памятник, но я говорю вам о более важных вещах.
-- Извините, Маша, но я все слушаю, анализирую и запоминаю, поверьте. Вы сказали, что все хранится у вас. Из этого следует, что вы тоже подвергаетесь опасности - верно?
-- Верно, но совершенно не это важно. Опасности подвергаетесь и вы тоже. Если они так быстро установили сам факт утечки информации, и тут же вычислили Волкова, значит они знают и обо мне, и о вас. Меня беспокоит не сама опасность - нам надо спасти документы и довести начатое дело до конца. Вы готовы? - снова переходя на шепот, сказала она.
-- Да, но что надо делать, я пока не очень хорошо представляю, - ответил Андрей и, тоже переходя на шепот, продолжил, -. Видимо, надо кому-то эти документы передать, и все. Одновременно журналистам, спецслужбам, за границу, кому-нибудь.
-- Вы мыслите в правильном направлении, но очень наивно, - сказала Маша, - Итак, задача номер один - обеспечить сохранность подлинников при любых обстоятельствах. Вскоре они обнаружат, что в руках у них подделка и начнут искать подлинники. Они быстро вычислят меня, а потом, быть может, и вас и тогда начнется преследование в духе кошмарных американских боевиков, только прозаичнее и гораздо страшнее. Теперь слушайте внимательно. Документы разложены в трех тайниках. Причем в двух из них тоже копии. Вы должны будете их изъять и перепрятать максимально надежно.
-- Я могу их спрятать у родителей, - с готовностью сказал Андрей.
-- Во-первых, не годится, - уверенно сказала Маша, - во-вторых, я не должна знать где они будут находиться. Вы ведь, надеюсь, поняли, что они его пытали. Могут пытать и меня. Современные химические средства развязывают язык любому. Помните об этом и не надейтесь ни на меня, ни на себя. В качестве тайника не выбирайте родственников, близких друзей, дачу, гараж и так далее. Постарайтесь придумать что-нибудь нестандартное, вы же умный. Обязательно скопируйте все. Пусть имеются электронные копии. Подумайте об их кодировке и пересылке электронной почтой кому-нибудь из надежных людей. И - это очень важно - найдите себе дублера.
-- В смысле? - спросил Андрей.
-- В том же самом смысле, в каком Волков нашел вас. Вы были очень удачной кандидатурой. Во-первых, он вам доверял, знал ваши нравственные критерии и все такое, во-вторых, вы давно не общались. Вас не сразу стали бы вычислять. Но Дмитрий Васильевич ошибся в оценке скорости их реакции. Так что, я не только не исключаю, а даже и не сомневаюсь, что мы уже под их колпаком. Вот это вы, пожалуйста, учитывайте. Делайте все так, как будто за вами следят непрерывно.