Не получив вразумительного ответа, Кристан вдруг встал со стула, а затем медленным шагом приблизился ко мне. Я отчего-то шумно сглотнула слюну. Уменьшающееся расстояние между нами нервировало.
Тем временем мужчина присел на край кровати и взглянул мне в глаза. Захотелось отодвинуться. Кристан передо мной в нескольких шагах, и я отчётливо вижу глубокие шрамы на его лице, мясистый крючковатый нос, впалые щеки и тонкие губы, кончики которых опущены вниз. Эта деталь делала его выражение недовольным. А еще я разглядела морщины. Однако даже они не могли помочь разгадать мне его возраст.
И хоть меня, в определенном смысле, и устрашала его внешность, вида я не показывала. Это будет крайне невежливо и грубо судить о человеке по тому, как он выглядит. Тем более я не хотела доставлять мужчине неудобств. Следить за своими эмоциями и лицом я могла хорошо. Годы практики сказались.
- Рэмуэль мне рассказал о тебе. Амнезия. Ты ничего не помнишь. Хочу я расскажу, что ждет тебя здесь? – Мужчина посмотрел мне в глаза. Пугает. – Ты будешь жить здесь как служительница храма до конца своих дней. Не сможешь выйти замуж. Даже за парней из деревни, так как ты безродная бесприданница. Никто не осмелится впустить тебя в свой дом, какой бы хорошей ты не была. У тебя нет денег. Здесь лишь кормят и дают что-то отдаленно похожее на одежду – выразительный взгляд на мое легкое ситцевое платье, – самое лучшее, чего ты сможешь добиться здесь – это выйти замуж за того, кто все-таки решится на тебя жениться. Но не жди, что этот брак будет счастливым. Ты станешь рабыней в доме своего мужа: он будет поднимать руку на тебя и ваших детей. А детей будет много, поверь мне. В этом плане деревенские пошустрее горожан. Скажи, хочешь ли ты такой жизни? Хотя у тебя возможен и другой вариант – пойти работать служанкой у господ или подавальщицей в тавернах.
Я сидела с прямой спиной, мое лицо не выражало никаких эмоций. И когда он закончил свою речь, на последний словах меня словно ударили по лицу. Это то, что и я предполагала для себя. «Работа служанкой или подавальщей…»
Но мое безразличие – это все напускное. Внутри меня все горело, и мое тело жутко трясло. Я наконец поняла, что меня ждет в этом мире. Жестокая и ужасная участь! И найду ли я вообще возможность вернуться в родной мир? Мама… Я больше не увижу ее, и от этого сердце заныло еще сильнее. Все то, что Кристан так «любезно» представил – вот она моя дальнейшая жизнь. На большее у меня даже нет и шанса!
Лишь благодаря взгляду со стороны и жестоких слов мужчины я осознала то жалкое существование, что дожидается меня за углом. Захотелось спрятаться под одеялом и тихонечко зарыдать.
Но я была не собой, если бы не искала выхода, осознав в каком нахожусь тупике. На то, что мне повезет и какой-нибудь богатый герцог или граф влюбится в мою неземную красоту и невинность, увезет к себе в замок, верить не хотелось. Подобные сказки невозможны. А вера в них лишь ослабит мой дух. И вообще это с самого начала гиблое дело: я далеко не уродина, но и настоящей красавицей меня не назовешь. Да, моя внешность довольно-таки интересна, но не более того.
Но я ведь непроста! Иномирянка с неоконченным высшим образованием и развитым чувством самосохранения со здравым умом.
Поэтому я прямо и уверенно посмотрела в золотистые глаза. Чему мужчина, кажется, удивился. Он не ожидал от меня подобной реакции? А может люди не часто осмеливаются противостоять ему или бросать вызов?
Не глядя, схватила блокнот и быстро настрочила: «К чему ведете?»
Он лишь ухмыльнулся. Поднялся и всем своим высоким ростом и телом будто заполнил все пространство в комнате, которого и так оставалось совсем немного: кровать занимала две трети помещения. Кристан повернулся к окну и заговорил хорошо поставленным голосом. Ну не может обычный служащий смотреть на мир подобным властным взглядом. Сейчас я наконец заметила весь спектр скрытых качеств Кристана: гибкость и плавность движений, уверенность в походке, властность в словах и вызов всему миру. Все это было неотделимой частью мужчины, которую он умело скрывал от всех нас.
- Мы с Рэмуэлем завтра с восходом солнца уезжаем. Как и сказал Рэмуэль, открыть свои личности мы не можем. Я предлагаю тебе сделку. Нет, назову это шансом на участь получше, – на этом моменте я подняла бровь. - Уверяю, ты будешь в безопасности. Впрочем, от тебя не многое можно получить.