– Но у нас нет более времени, – возразила Типо То. – Море замерзло, и льуку могут обойти нас и напасть с тыла. Как только они это сообразят, мы обречены.
– Даже если льуку не нападут, мы все равно долго не продержимся, – заметила Тэра. Многие из защитников форта были ранены, а запасы провизии и топлива подошли к концу.
Таквал и Тэра переглянулись. Бегство через пролив было не слишком заманчивым вариантом – недаром Китос предупреждал, что еды на Пастбище Нальуфин не найти, – но иного выбора просто не оставалось. Если получится стряхнуть с хвоста льуку, то, может, боги укажут им другой путь в Татен.
– Ну что, как поступим? – спросил Таквал жену.
– Иногда приходится идти на риск, – сказала Тэра. – Сколько ни делай расчетов, сколько ни строй планов, однако подчас все равно только и остается, что действовать наугад.
Тово собирался потратить этот день на то, чтобы зализать раны и хорошенько обдумать дальнейшие свои действия. Лежа в шатре, он представлял, как строит башню из костей, чтобы его воины могли перестрелять защитников через стену…
Внезапно полог шатра распахнулся, и внутрь ворвался наро, сопровождаемый струей ледяного воздуха.
– Вотан! Они удрали!
Тово побежал к ледяному форту. Действительно, минувшей ночью защитники оставили крепость, и воины-льуку уже заняли ее. Тан вошел в форт и взобрался по ступенькам на стену, чтобы обозреть местность. И увидел на горизонте вереницу саней, прокладывающих путь по замерзшему морю.
– В погоню!
Набранные из числа ледяных блох погонщики умоляли тана не делать этого. Лед пока еще не окреп, говорили они. Глупые мятежники наверняка сгинут, провалившись в какую-нибудь трещину.
Тово размозжил череп самому горластому из погонщиков и плетью принудил остальных к подчинению. Ледяные блохи – слабаки и трусы, и им, как и всем рабам, следует усвоить, что воле господ-льуку перечить нельзя.
– Мы и так уже потеряли слишком много времени, – сказал он. – Следующего, кто станет жаловаться, впрягут вместе с собаками и заставят тянуть сани.
И вот те нарты, которые за время осады еще не успели разломать, поспешно загрузили, и льуку снялись с лагеря. Поскольку погоня обещала быть долгой, помимо воинов на санях помещался большой запас провизии.
– Всем построиться в колонну! – распорядился Тово. – Тогда полозья следующих саней будут скользить в колее, проделанной предыдущими. Так мы поедем быстрее.
Погонщики из числа ледяных блох хотели было возразить, но вспомнили про угрозу Тово и прикусили языки…
По бескрайней поверхности замерзшего моря мчались на север две группы саней. Это походило на то, как если бы длинная колонна муравьев преследовала нескольких гусениц.
И муравьи постепенно настигали добычу.
Пока Тэра и Китос вели караван и разведывали безопасную дорогу, нарты Таквала располагались в хвосте, откуда он наблюдал за погоней. Сзади к его скользящим по льду саням был прикреплен один из немногих предметов, переживших далекий переход из долины Кири, – выкованный в Дара клинок, чье металлическое лезвие теперь прочерчивало глубокую борозду во льду.
Среди однообразной ледяной пустыни оставленный металлом след выглядел заметным ориентиром. Собаки, волокущие сани преследователей, естественным образом следовали ему.
Двигавшаяся в самом начале колонны Тово погонщица, за много лет хорошо изучившая лед, сочла эту неестественно глубокую борозду подозрительной и не хотела ехать по ней. Но тан льуку развеял ее сомнения ударом по лицу. Любому ведь ясно, что самое надежное – это в точности следовать дороге, уже проверенной мятежниками. Избавленные от необходимости думать о безопасности ледяного пути, льуку могли сосредоточиться только на том, чтобы мчаться вперед как можно быстрее. Так они смогут нагнать беглецов, несмотря на имеющуюся у тех фору по времени.
После полудня, когда бледное солнце немного согрело воздух, лед начал постанывать. Когда первые нарты каравана льуку проезжали через одно особенно тонкое место, он гнулся и коробился, но не сломался.
Проехали вторые сани, лед выдержал.
За ними последовали третьи. Тонкие трещинки появились на поверхности, разбегаясь паутиной от борозды, прочерченной клинком Таквала.
Когда четвертые сани миновали опасный отрезок ледового поля, тот уже стал напоминать черепаший панцирь. Если больше не помещать сюда груз, то со временем мороз и ветер залечат раны, однако сейчас лучше не рисковать.
Но какое там! Очередные нарты, на этот раз управляемые лично Тово, заскрипели полозьями прямо по ослабленной ледяной поверхности. Вместе с таном в санях ехали самые сильные и крупные воины, с которыми он связывал свои надежды нанести смертельный удар пэкьу агонов.