— Семь процентов? — перебил он генерала. — Почему не шесть? Или не пять с половиной?
Голос принца взлетел, сразу утратив приветливость. Он нарастал и креп резко, как ураган в степи.
— Эверон щедр, — принц оставался по-прежнему спокоен. — Семь, это разумная доля.
— О, конечно! — на щеках Сакхлиха проступили яркие алые пятна, странно четко очерченные на ровном загаре. — Но вы вынуждаете меня напомнить, что и сами рудники, и Матарханские горы сейчас в наших руках!
Спутники Погонщика стали переглядываться за его спиной, в толпе позади генерала тоже возникло движение. Похоже, никто понятия не имел, что именно скажет Сертиас послу — для эверонских вельмож его слова тоже оказались неожиданными!
— Это верно, — чем больше ярился принц, тем спокойнее и неторопливее цедил слова Повелитель Огня. — Сейчас они у вас, но долг правителей велит нам думать о будущем. А будущее — за Вулканом. Я высадил в городе десять тысяч солдат. Они уже отдохнули и готовы к маршу. Сперва на Одвик, который будет освобожден от осады, затем на юг, к горам. Рудники вернутся под наше управление, это неизбежно, и я предлагаю вам достичь этого итога без ненужного кровопролития.
— Десять тысяч, — прошипел Сакхлих, кривя красиво очерченные губы в злобной гримасе. — Вы привезли их сюда, воспользовавшись перемирием. Я рассчитывал на ваше благоразумие, и предоставил время, которое вы использовали для переброски новой армии! Как это… по-эверонски!
— Тем не менее, их десять тысяч. И они здесь.
— О, я знаю, сколько у вас солдат! В Абадохе немало людей, сохранивших верность Погонщикам Ветра! Мне известен всякий ваш шаг, я могу в любой миг сосчитать количество пуговиц на мундирах солдат Эверона! Десять тысяч! Да у меня только в лагере у стен Одвика больше двадцати! А стоит мне послать клич с подвластными мне вихрями, и за оружие возьмется втрое больше храбрецов! Десять тысяч! Ха!
Он уже был разъярен — как казалось Дженни, до предела. Но Сертиасу этого было недостаточно, он решил еще поддать огоньку. Вот тут-то он и обратился к Дженни:
— Мисси Дженнифер, вам ведь известно значение слова «самонадеянность»? Если нет, то именно сейчас вы можете наблюдать, что это такое. Дорогой принц, поверьте, я сделал вам самое щедрое предложение, какое только можно было выжать из нашего скупого парламента, ибо я высоко ценю вашу славу воина. Мне не хотелось бы разрушить ее. Воспользуйтесь своими временными успехами на поле брани, заключите мир с Вулканом на льготных условиях!
Издевается, догадалась Дженни. Точно ведь издевается! Только зачем? И какого Веспера вынуждает участвовать в этой игре ее? А принц Сакхлих уже глядел на Дженни, и этот взгляд был подобен урагану. В глазах Сакхлиха скакали торнадо и смерчи.
— Не глядите так, ваша милость, меня сдувает, — пролепетала она, едва соображая, что говорит.
— Это верно, дама, — тихо произнес принц, и Дженни видела, что он едва сдерживается, — довольно пустых взглядов! Теперь нас рассудит только меч и ветер степи!
Стало тихо, поэтому звон шпор, когда принц Сакхлих резко развернулся, прозвучал особенно злобно и пронзительно.
Молчание держалось еще долго после того, как звон золоченых шпор стих за дверью. Наконец генерал Истригс нарушил его и произнес:
— Отлично. Удалось, господа! Мы исполнили свою часть плана, теперь дело за солдатами.
— Довольно рискованный план, ваша милость, — хрипло произнес кто-то из армейских. И тут же закашлялся, испугавшись собственной смелости.
— Именно так! — обернулся к нему лорд. — Удача улыбается смелым. И расчетливым. Первого у принца Сакхлиха в избытке. Нам остается второе. Итак, за работу, господа!
Он, задрав подбородок, оглядел толпу придворных и продолжил:
— Вы знаете, что делать. Каждому должна быть известна его часть общего плана, постарайтесь исполнить ее как можно лучше. То есть, не отступая от инструкций, в этом залог успеха. Помните, что поражение для нас подобно смерти, а залог победы — точность в выполнении приказов. Действуйте, господа, действуйте. Я хочу, чтобы армия выступила в поход сегодня же, как и было намечено. У Погонщиков Ветра не должно оставаться времени на обдумывание своей стратегии, пусть используют ту, что мы им навязали. Действуйте!
Последнее слово прозвенело, как хлопок бича, которым пастух направляет стадо. Да и по воздействию было похоже — свиту генерала, такую вальяжную и неторопливую, сдуло, как если бы на них дохнул Погонщик Ветра. Едва ли не отпихивая друг друга, сановники и офицеры бросились к выходу. Мгновенно около Дженни и Сертиаса не осталось никого.