Глава XI
Глава XI
Тем временем летние дни становились короче, ночи прохладнее, а дворики на улицах все более хмурыми. Город жил своей привычной жизнью и готовился к холодам. Оказавшись в теплом подвале городской библиотеки, муха совсем уже втерлась в доверие новой компании. В присутствии пожилой и умудренной опытом особы она все больше слушала и молчала. В ее отсутствие она рассказывала друзьям тараканам о былых приключениях, а те, внимая, кивали рыжими головами и размахивали длинными усами, постоянно что-то пережевывая.
Несколько раз в неделю героиня участвовала в налетах или вылазках за провизией. Дни и недели, проведенные в стенах культурного заведения, научили муху бояться только одного существа – завхоза Мефодьевича. Ему были чужды гуманные методы борьбы с насекомыми вроде липкой ленты или дихлофоса. Он мог прихлопнуть осквернившую своим появлением тварь ладонью, щелчком пальца, а если рядом не было библиотекарш, то в ход шли газеты, журналы или книги.
Что происходило за окном, искательницу правды волновало все меньше. Цель была забыта, а все случившееся казалось деталями, имевшими самое посредственное отношение к делу. Она свято верила в мудрость предводительницы, в верность тараканьего племени, но уже не совсем понимала, для чего ей это было нужно.
Овод за время поисков перестал быть бравым и удалым гусаром. Он заметно осунулся, и можно было сказать, что в его сознании появилось странное отношение к жизни, очень близкое тем насекомым, которые не только жили в матрасе Эммануила Канта, но и кусали его в холодные осенние ночи раздумий, доводя размышления философа до точки сборки.
Вот только овод был необразованным деревенским насекомым, ничего не понимавшим в материях и мировоззрениях.
Что было странно, это создание из всех чувств выбрало для себя вину за разлуку со спутницей и все больше отдаляло обиду и злость.