Теперь стоило определиться куда ему идти, оружия при нем не было и от этого он чувствовал себя несколько беззащитно. Пробираясь вдоль стены он внимательно осматривался по сторонам, стараясь не попасться никому на глаза, что сделать днем было ужасно сложно, но другого шанса на побег у него могло не быть. Минуты текли одна за другой, по спине под рубашкой скатывалась струйка пота, но ему пока везло.
Пройдя два коридора юноша вышел к лестнице, вот и спуск вниз, там впереди должен быть выход, припоминая свою первую попытку он чувствовал, что идет в правильном направлении. Преодолевая ступеньку за ступенькой он не мог порадоваться своей удаче, как она ему вдруг изменила. На очередном пролёте из еле приметной двери прямо на него вышло несколько стражников, увидев его они растерялись, как и он, заметив их, но их совместный ступор длился не долго.
- Держите его! - приказал один из мужчин, латы, покрывавшие их тела и защитные шлемы, не позволяли разглядеть лиц его противников, но как мог судить Гай по их экипировке, мужчины не вовремя для него вернулись с патрулирования улицы, некоторых он ещё помнил, по стычке с наемниками, однако сейчас они были ему не помощники. Увернувшись от одного особо быстрого, Гай еле уклонился от бронированного кулака второго, тяжёлая перчатка которого про скользила по его щеке оставляя кровавый след. Он дрался как загнанный в ловушку зверь, уклоняясь и изворачиваясь, но силы были неравны, он ещё смог оглушить трех солдат, когда сильный удар пришёлся ему по голове, в ушах зашумело и мир погрузился во тьму.
Глава 27.
Виолетта
Она быстро удалялась от ненавистного города, ненавистного замка, ненавистного Гая. Уже прошло несколько часов, а она никак не могла успокоиться. Как он мог так с ней поступить, что пошло не так. Ведь ещё день назад они были счастливы, а теперь он был холоден как лёд.
- В твоих услугах не нуждаюсь! - громко повторила она, вложив в этот крик всю злость, всю обиду бурлившую в ней. Из глаз хлынули слезы, так тщательно сдерживаемые. Он нравился ей, этот парень нравился ей и что же в итоге. Ничего. Она брошена, растоптана, как ненужная вещь. Всё это было так странно, так непохоже на него, на того Гая которого она знала. Того, которого знала… и вообще она к нему не нанималась, она пошла с ним сама. САМА.
Девушка и сама не знала, кому она что пыталась доказать. Шагая вперёд и не особо разбирая дороги лишь бы оказаться подальше от этого места. В одной руке она сжимала ключ, в другой подозрительно теплый мешочек, в котором оказалась земля, совсем как Гай, после разговора с призраком графа. "Он поможет тебе вернуться домой." Так это талисман, которым наградил его призрак, вдруг пришло к ней осознание. Почему прогоняя её он отдал, самое дорогое, что было у него… Видимо ему противно иметь, хоть что-нибудь связывающее её с ним. На сердце была пугающая пустота. За все свои двадцать лет ей ещё никогда не приходилось испытывать такую боль и даже ранение чудовищем, по сравнению с этим было сущей ерундой, ведь тогда страдало только тело, не касаясь души. Сейчас же ей было очень больно и плохо, но все равно червячок сомнения грыз её изнутри, что-то никак не складывалось у нее в голове. Как человек может так измениться, однако Гай выглядел так, холодно и надменно, что она поверила в его слова. А вдруг все было не так и она ошиблась. Пред ней опять возникло холодное, надменное и такое незнакомое лицо лучшего друга. Она не могла ошибиться, никак не могла….
Вокруг стало темнеть, пора было устраиваться на ночлег, но никак не хотелось останавливаться, хоть и шагать вперёд в темноте тоже не имело смысла, если только она желала свернуть себе шею. Разложив лагерь, она разожгла костер и долго смотрела на огонь. Ей все казалось, что она где-то ошиблась. Что-то сделала не так. Вот только что? ... Дура! Какая она была дура, что поверила в его слова! Вдруг все произошедшее осветилось по-новому. Она ошиблась, когда восприняла его слова за правду, ведь она знала какой он, всегда знала и повелась, как дура, пойдя на поводу гордости и злости. Она обязана поговорить с ним, обязана все узнать. С этими мыслями она провалилась в сон. В душе забрезжили слабые лучики надежды.