Гай
Приходить в себя было тяжело, голова гудела, а перед глазами расползались уже знакомые яркие круги. Открыв глаза, он растерялся, и снова закрыл. Но и вторая попытка ничего не изменила, вокруг царила непроглядная тьма. “Где он?” – в голове билась испуганная мысль, а страх липкими щупальцами пробежал по спине. Когда первый испуг немного поутих, а глаза привыкли к темноте, позволяя более-менее различать общие очертания помещения, в котором он оказался. Где смотреть особо было и не на что. Комнатка, или скорее комнатушка, была небольшой и узкой, а единственную дверь, заменяла решетка. “Камера.” - Пришла неприятная догадка: “Но за что?!”. Единственным лучиком света в этом царстве темноты, был небольшой огонек пробивавшийся сквозь решётку из глубины коридора, но его источник находился настолько далеко, что совершенно не давал света. Пошарив вокруг рукой, он наткнулся на стопку соломы заменившей ему постель, она была хотя бы сухой и вполне свежей, не успев пропитаться влагой, стекающей со стен. "Значит это подвал" - отметил для себя Гай. Но как не силился, он не мог вспомнить, где он, где Виола и как здесь оказался. Опершись о стену он попытался подняться, голова отдалась сильной болью, а тело уже вполне привычной ломотой. Однако это было не самое странное. Его легкое движение сопровождалось звуком цепей, а шею стянул железный ошейник, прикованный цепью к стене. Он с ужасом осознал, что его не просто посадили в камеру, а еще и приковали, как бродячую собаку. “Чем он провинился перед Богиней, за что его так наказали, вырвав из привычной устоявшейся жизни…” - горестно вздохнул юноша, не успев привыкнуть к спокойной жизни у Александрия, вновь вляпавшись в неприятности. Подергав на всякий случай цепь и убедившись в ее крепости, он обреченно опустился на свою постель и принялся ждать.
Мысли о Виоле никак не шли у него из головы. “Как она? Что случилось с ней? Вдруг те, кто напал на него не стали с ней возиться и оставили её там или убили. Виола…” - при этих мыслях, сердце сжалось от жалости и невозможности узнать, что с ней, неужели все, что он сделал было напрасно, и эта несносная, упрямая, самоуверенная девчонка погибла… глаза заволокло предательской дымкой, прикрыв их рукой, Гай постарался протереть их, но вместо того, чтоб лучше видеть, внезапно провалился в сон-несон, который больше напоминал мутный желтый туман.
Гай осмотрелся по сторонам, на сколько хватало глаз везде был этот туман, и на первый взгляд он казался необитаемым и пустым, но это только на первый взгляд. Присмотревшись он отметил, что туман не везде был одинаковой плотности, местами он бледнел и слегка рассеивался, напоминая протоптанные дорожки, по которым скользили размытые тени, а позади него висел яркий кристалл, освещающий все вокруг своим радужный светом. Выход. Подумал юноша и сделал первый шаг в сторону тропинки. Идти было страшно, но стоять возле врат не имело смысла. Раз это сон, то надо идти и осмотреться, решил он, все ближе приближаясь к тропинке, по которой скакал силуэт зайца, который при виде его не только не бросился в сторону, а увязался за ним, и сколько Гай не пытался прогнать его, маленький наглец, продолжал следовать за ним, по пятам. После очередной неудачной попытки избавиться от спутника, юноша махнул на него рукой и, направился дальше. Он не мог понять, что заставляет его слоняться по этому туману, но он чувствовал, как тогда в лесу, что ему надо идти, и он шёл. Дышать было неприятно, и не то чтоб туман не давал возможности вдохнуть, но воздух казался густым и спертым, но не опасным. Вот только окружающая тишина, начинала действовать угнетающе. Хотелось закричать, чтоб хоть как-то нарушить её.
- Гай… Гай…
Донесся до него странный отклик, словно кто-то звал его, но кто… Гай, остановился и прислушался, но в этом тумане было тяжело определить с какой стороны идет звук.
- Гай… Кто-нибудь….
Клич раздавался все ближе. "Это… Этот голос…" - внезапная догадка озарила его.
- Виола! Я тут!
- Гай!
- Я иду к тебе! - Прокричал он в ответ и со всех ног бросился на голос. Он не мог определить сколько времени он бежал вперёд, в этом странном месте, время будто остановилось, этот жёлтый туман поглотил в себе все: и время, и пространство. Но вот вдали замаячила знакомая фигурка. Она бежала сквозь густой туман, не останавливаясь и словно нарочно игнорируя лёгкие тропинки-дорожки, возможно она их даже не видела. Выглядела она так же, как он ее и запомнил, пока нес по лесу. Все такая же высокая, стройная, длинные тёмные волосы выбились из прически и рассыпались по плечам, на правом из которых куртка была пропитана кровью, да и вообще весь её вид, выражал крайнюю степень усталости и истощения.