- Гггееороойй, ооттккрооойй.
Достиг его помутившегося создания противный голос. Гай удивленно моргнул. Он не знал показалось ему или нет, но в этом отчаянном кличе чудовища, вовсе не было злости, только огромная едва передаваемая словами печаль, но открывать врата он все равно бы не стал, если бы вообще умел.
- Ооттккрооойй, ииллии ххоочсеешьь ттуутт ууммерреетть ии неее ддууммай, что уммреешшь ббыысттро, - продолжало ему угрожать это существо. Однако Гая это уже не пугало, потеряв надежду на спасение из этого ада, он лишь прохрипел в ответ:
- Не пущу, даже если бы знал, как, не пустил бы!
Юноша уже давно потерял счет времени, казалось эта пытка длилась уже очень и очень давно. Монстр постоянно терзал его доводя до потери сознания и отпускал, снова и снова прося открыть, какие-то врата, словно Гай знал, как эти самые ворота должны открываться. Он уже едва мог сосредоточиться на словах этого гада, изнывая от боли, разрывающей тело, перед глазами расплывались красно-зелёные круги, не позволяя сконцентрироваться на чем-либо, а во рту уже постоянным стал вкус крови. Порой он терял сознание или засыпал, он и сам не мог определить, и ему снилась Виола, как она держала его за руку и что-то говорила, слов он разобрать не мог, но чувствовал её присутствие рядом, и тягостные мысли о быстрой смерти, все чаще посещающие его, отступали, заставляя собраться с силами и бороться за свободу. В один из таких снов-забытья он попытался сжать ее пальцы, но сил хватило лишь на еле ощутимое трепыхание, а благостная тьма, вновь сменилась ненавистным туманом и новыми пытками. Он не знал сколько дней, часов, минут, он провел здесь, в этом странном месте не было ни ночи, ни дня, ни ветра, ни дождя, ни солнца, не было ничего, кроме этого мутного желтого тумана.
В редкие минуты прекращения боли он обводил затуманенным взглядом вокруг в поисках чего-либо, что помогло бы ему обрести свободу, но ничего полезного не попадалось, только то и дело мелькала тень зайца, который давно увязался за ним. Мелкий прижимал ушки к голове и тянул к нему лапки, словно стараясь помочь, но что он мог сделать против такого огромного монстра. Порой ему казалась его мордочка отдалённо знакомой, но он никак не мог вспомнить откуда, пока однажды его не озарило.
Маленьким мальчиком, игравши на опушке леса, он наткнулся на капкан, а в котором умирал тяжело раненный заяц, все было залито кровью и было видно, что зверю оставалось недолго, но он не сводил с мальчика, полного боли взгляда, он словно звал, просил юного зрителя не бросать его, спасти, и мальчик не устоял. Гай извлек раненого зверя из плена, а потом долго гладил, умоляя Богиню исцелить, спасти, маленького зверька. Животному тогда стало лучше, и он смог даже уйти сам, а Гай после слег с сильной простудой и две недели провалялся в кровати, не способный подняться, он помнил, как отец ругался на него, даже запретил купаться в речке, из-за того, что он такой хилый. Но со временем все прошло, и заяц забылся, а сейчас они встретились. Только теперь Гай был в капкане, в котором медленно и мучительно умирал, он понимал, что если монстр его не отпустит в ближайшее время он погибнет, и даже уже был почти готов к такому исходу, если бы не сны с Виолой, её ожиданием и верой.
- Ооттккрооойй ввррааттаа, ттыы ннее ххооччеешьь жжииттьь?! - удивилось его упорству чудовище.
- Н.... е.... т.... х…о…ч....у....- прохрипел юноша, сорванный голос, звучал простуженно и тихо, горло болело, а грудь разрывало при каждом вдохе. Щупальце вновь сдавило его, вырвав новый крик боли, Гай бился в объятиях монстра, но ничего не менялось, пока обессилев не обмяк в жутких тисках. Сил не было даже пошевелиться, а внутри ныло все, и казалось, разрывалось на части, не выдержав силы объятий. "Это конец…" - обреченно подумал Гай, окончательно сдаваясь, он попытался сделать хоть еще один вдох, но перед глазами все потемнело, сил сражаться больше не было. Когда он уже почти провалился во тьму, тиски разжались, и он камнем рухнул на землю, от соприкосновения с которой окончательно потерял сознание.
Виолетта