– Сказала кошка, мурлыкая в норку к мышке…
Усмешка.
– Вы упорно отказываетесь понять и принять, что старого мира больше нет и не будет. Возможно, никогда уже не будет. «Грааль» – данность. И этерно. И имуны. И сенсы. Все мы люди, хотим мы этого или нет. Даже если вы нас всех поубиваете, проблема-то никуда не денется. Вы же сами являетесь носителями вируса. Ваши дети будут рождаться и расти абсолютно здоровыми. А годам к десяти-двенадцати они станут восприимчивы к вирусу. От вас же. И что вы сделаете, чтобы не умерло минимум сорок процентов ваших детей, а пять процентов не превратилось в этерно? И что вы сделаете со СВОИМИ детьми, которые на ваших глазах превратились в этерно и которые никогда не будут болеть, будут всегда молодыми и будут жить вечно?
Сквозь зубы:
– Мы изобретем лекарство!
Кивок.
– Мы тоже над этим работаем. Пока мы очень далеки от результата.
– Вы просто прячете от нас ваши результаты! Всё вы знаете в своём «Санатории»! Это вообще ваших рук дело!
Деда достал белоснежный платочек и неспешно промокнул губы.
– Что именно «наших рук дело»? «Грааль» или авария на САЭС? В первом случае американский спутник просто упал из космоса ко мне в сад, мог упасть и к вам, с тем же успехом. А во втором – на АЭС не было ни одного этерно. Вообще не было. Как мы могли устроить там аварию, да и зачем нам она? Земля пуста, а мы спокойно могли бы жить и в Чернобыле том же. Так что я не совсем вас понимаю.
– Человечество вам не подчинится! Никогда!
– Уважаемый, вы знаете анекдот про Рабиновича?
Хмуро-раздражённое:
– Их много. Это вы к чему?
– Позволю себе процитировать старый анекдот, а поскольку я и сам человек старый, это будет анекдот из застойных советских времен. Впрочем, вы такие анекдоты тоже должны помнить. Так вот, вызывают Рабиновича в КГБ, есть вариант в ОБХСС, но не суть. Вызывают, значит, и спрашивают: «Рабинович, вот мы точно знаем, что у вас очень много денег. А вы живёте, словно нищий. На вас больно смотреть. Почему бы вам не купить себе хотя бы „Волгу“? Вам ничего за это не будет, мы обещаем!» Подумал Рабинович и отказался. Говорит: «Зачем мне все эти пристани, пароходы, вечно пьяная матросня?» Вы меня понимаете? ЗАЧЕМ нам это всё? Да, есть сферы, где хотим и готовы сотрудничать. Ведь возвращаясь к сталкерам. Будут тащить и растаскивать буквально всё. И очень радиоактивное. А такой огромный периметр не закроете даже вы, со всем вашим превосходством в населении. Можно, конечно, понатыкать всякого рода автоматические системы мониторинга и открытия огня, можно наполнить небо боевыми и разведывательными дронами, можно отправить рой коптеров для выслеживания сталкеров, но вы сами прекрасно знаете, что они не увидят всё, а самую жирную рыбу не увидят в принципе. НИКОГДА. По разным причинам, в том числе и с учётом коррупционной составляющей. Что касается нас, то лично нас вообще бы устроила территория самая заражённая – от Смоленска и до Владимира, включая Москву и округу. Куда нам больше? Когда нас станет три-четыре миллиона – это просто космического масштаба вопрос. Разве что постепенно будут приезжать уцелевшие этерно из других стран, но, насколько я могу судить, там просто огромные потери и дезорганизация. Россия, пожалуй, последний островок цивилизации в этом мире…
Эпилог и начало новой истории
ДМИТРИЙ МАРКОВ
РОССИЯ. АМУРСКАЯ ОБЛАСТЬ. КОСМОДРОМ «ВОСТОЧНЫЙ». Четверг. 8 апреля 2027 года. Местное время 08:11.
Я писал на колесо нашего автобуса.
Так уж повелось со времён первого старта, когда Юрию Гагарину по дороге к стартовому столу вдруг приспичило по-маленькому. С тех пор традицию эту не нарушали ни мужчины-космонавты, ни женщины. Отдельным номером программы была церемония помочиться на стартовом столе непосредственно на корпус самоё ракеты-носителя, но это уже дополнительная опция. Колесо же автобуса увлажнить было обязательным ритуалом. Так что, улыбаюсь блаженно, пока остальные делают вид, что чем-то сильно заняты.
Рядом натужно пучит глаза наш командир экипажа Сашка Григорьев. Слева тем же занят Том Холмс, наш медик и биолог. Метаболизм у нас быстрый, а значит, и «исторгнуть» всегда есть что. Сейчас закончим дело и скромно сделаем вид, что нас тут вообще не было, уступая место у другого колеса моей сестре Ольге и американке Эллис Моллиган.
Традиция-с! Ничего тут не попишешь.
Первый, после катастрофы, пилотируемый полёт человека в космос. Грузовые корабли, конечно, так или иначе летали, доставляя на МКС требуемое топливо для коррекции орбиты, но с момента гибели предыдущего экипажа там не было никого. Миссия нам предстоит крайне неприятная, хотя мы, конечно, уже привыкшие и к виду разложившихся трупов, и к специфической атмосфере, которая буквально пронизана трупными миазмами. А там, судя по всему… Во всяком случае, камеры внутри МКС передают жутковатую картинку. И можно было только догадываться, в каком станция состоянии сейчас.