Иван Аристархович заметил:
– Неужели ты думаешь, что подобные вещи не донесут до Верховного?
Старик удивлённо посмотрел на сына.
– Что значит «Не донесут»? Я первый ему это принесу на утверждение. Ты путаешь некоторые вещи. Мы тут вовсе не подпольная организация неких карбонариев. Для того, чтобы отдать приказ на наше уничтожение, Верховному вовсе не нужны никакие «программы» и «идеологии». Сугубо математический расчет и политическая целесообразность. Не спорю, перед ним сейчас трудный выбор, и я не знаю, как бы я поступил на его месте. Совершенно понятно, что человечество распадается минимум на две версии. Ну, если считать сенсов изначальным промежуточным звеном. Понятно, что в постапокалипсисе имуны будут удваивать свою численность как минимум в каждые 20–25 лет. Прирост этерно будет чуть ли не в сто раз меньше за тот же промежуток времени. Зато на стороне этерно в разы большая скорость мышления и бешеная выживаемость. Налицо неизбежное превращение в элиту, вроде той, что была в Средневековье, когда один рыцарь стоил, как несколько деревень. Но мы же не в Средневековье. Как сказала бы Оленька, пиплу это не понравится. С их точки зрения нас всех проще убить. Просто для профилактики. В то же самое время Верховный вполне трезво отдает себе отчёт в том, что без нас рывок в развитии России совершить невозможно. В том, что страны, которые не возьмут на службу себе этерно, обречены на стагнацию, отставание и в конечном счёте на безнадёжный упадок в историческом развитии. Даже идиотская затея с охотой на воробьев обошлась в своё время Китаю очень и очень дорого, включая миллионы умерших от голода. А тут не какие-то воробьи, тут – этерно. Может ли Россия себе это позволить?
Антон Аристархович заметил:
– А вот тут трудно сказать. Я согласен с тезисом, что охота на этерно отбросит Россию на десятилетия назад в развитии и, возможно, навсегда выбросит страну на обочину Истории. Но, с другой стороны, есть острые, и, возможно, сами по себе неразрешимые социально-видовые противоречия. Как бы люди отнеслись к тому, чтобы фактической элитой над ними стали, к примеру, те же неандертальцы? Особенно с учётом того, что сапиенсы их всех в реале перебили до самой последней особи? Просто потому, что они были ДРУГИМИ? Сколько столетий расизм был обычным явлением, и он так и не был искоренен до конца? Мы же не живем в Мире Полудня братьев Стругацких.
Деда кивнул:
– Да, проблема есть. Я потому вас и позвал на прогулку. У меня, как ни странно, очень головастые сыновья. Я пока, как вы знаете, занят текущими делами, так что вам предстоит выработать предложения по новой Идеологии и в целом Идее Этерно. Можете привлекать к делу всех способных «головастиков» из числа этерно. Того же Димку, когда он не занят спасением человечества. Или Ольгу. Она хоть и очень молода, но, тем не менее, очень умна. Не Мезенцева, конечно, но у неё всё впереди. Не хочу чувствовать себя Тарасом Бульбой, сынки. Надеюсь, что вы понимаете, о чём я. Мы все в одной лодке. Тут не до моральных метаний. Если мы не хотим быть обезьянками в клетках зоопарка у имунов, то дайте этерно настоящую идеологию.
ЮЖНЕЕ КАМЧАТКИ. КУРИЛЫ. ОСТРОВ ШУМШУ. ТЯЖЁЛЫЙ РАКЕТНЫЙ ПОДВОДНЫЙ КРЕЙСЕР СТРАТЕГИЧЕСКОГО НАЗНАЧЕНИЯ «ИМПЕРАТРИЦА МАРИЯ». Среда. 23 ноября 2025 года. Местное время 16:12.
Царёв банально сидел на палубе. Под ним скрывались многочисленные ракеты с ядерными боеголовками. В теории его корабль мог снести в океан половину Штатов. А по факту вынужден, в числе прочих, ютиться на острове, на котором в двухтысячных не осталось даже населения. Лишь многочисленные остатки японских, а потом и советских оборонительных укреплений, которые потом стали никому не нужны.
В отличие от первоначальной идеи временного переселения на остров Беринга, этот остров больше подходил для их робинзонады. На Шумшу было значительно теплее, он находился в сфере торговых маршрутов, но не представлял никакого интереса для поселения. Тем не менее рядом была Камчатка, что для новой колонии было крайне важно. Взятые под контроль склады материально-технического обеспечения Флота на юге полуострова позволили их колонии питаться не только рыбой, которую предоставляли тройка «мобилизованных» сейнеров и рыбоконсервная плавучая база «Всеволод Сибирцев». Конечно, голод колонии не грозил, но питаться одними рыбными консервами, да ещё и без хлеба, удовольствие ещё то.
Их задача продержаться до весны. Во всяком случае, именно такая задача поступила от Верховного. Ну… Решаемо в принципе. На островах почти никого не осталось. Юг Камчатки обезлюдел. Основная масса народу ушла на север. Оставшиеся очень боялись пришлых, особенно военных, так что их «экспедиции», как правило, не встречали не только сопротивления, но и вообще какого-либо контакта с местными. Обыкновенная «автономка», пусть и размером с остров.