ГДЕ-ТО ВОСТОЧНЕЕ МОСКВЫ. САНАТОРИЙ «СОСНОВЫЙ БОР». Суббота. 31 декабря 2025 года. Местное время 23:55.
День прошёл сложно. Объективно. И конца-края ему не просматривалась. Ну и что, что праздничная и новогодняя ночь? Ты стожильный этерно, и ты на службе. Ты запросто можешь не спать неделю, а то и две, ограничен лишь необходимостью огромного количества еды, витаминов, энергетиков и неописуемого количества воды. Впрочем, сгодится любая жидкость, любой энергетик. В теории даже бензин с керосином не могли нанести этерно критический ущерб. Даже цианистый калий можно было переморгать, вдруг что. Но организм этерно слишком прожорлив и начинает отключать «лишние» органы и функции, по мере расходования запасов организма. В том числе начнут отключаться обоняние, осязание, тактильные ощущения, потом зрение и так далее. Организм этерно постепенно «окукливается», впадая в спасительное оцепенение, готовясь впасть в спячку на тысячи лет. Нет, потом всё вернётся, но это неприятный момент и всякий этерно должен был помнить об этом.
– Ну, что, коллеги? – полковник Туманов поднял стакан с оранжевым соком. – Поздравляю вас с наступившим Новым годом! Это был сложный год для всех нас, для всей нашей России, для всего человечества. Верю, что главные трудности у нас всех уже позади и впереди нас ждёт новая эпоха. Эпоха в том числе и наша. Наша Эра Вечности! С Новым годом, друзья мои! Возможностей и счастья, всё остальное мы, как водится, купим и уж точно переживём!
Зазвенели стаканы с напитками.
– С Новым годом!
– С новым счастьем!
– Пусть год будет радостным для всех!
МОСКВА. КРЕМЛЬ. ТРОИЦКАЯ УЛИЦА. Суббота. 31 декабря 2025 года. Местное время 23:59.
Аристарх Иванович стоял на углу Троицкой и Чудовской. Стоял и смотрел на Спасскую башню Кремля. Столько раз за свою долгую жизнь он видел эту картинку. Он многое мог бы рассказать. И о Кремле, и о его правителях разных эпох.
Но и представить себе он не мог, что окажется вот здесь, в новогоднюю ночь. Окажется единственным и самым главным начальником, от которого зависят судьбы миллионов людей.
Возможно, уже этой ночью или завтра утром Москву накроют радиоактивные осадки. Совместные отряды этерно и имунов вывозили, кого только возможно. В первую очередь детей. Потом большинство имунов ушли. Эвакуировались в безопасные районы. Но были и те, кто остался. Остался на мучительную смерть, спасая других, спасая детей. Жертвуя своим здоровьем и своей жизнью.
Удивительно ли это было? И да, и нет. Аварию на Чернобыльской АЭС ликвидировали больше полумиллиона человек. Многие облучились, заболели и умерли. Но они действовали по принципу: «Если не я, то кто?» И приносили себя в жертву. Сейчас же ситуация другая, ведь этерно почти ничем не рисковали, а значит, можно сбросить на них ответственность, умыть руки и эвакуироваться. Можно. Можно сказать: «Я сделал всё, что в силах человеческих». Но этерно слишком мало. Невозможно такими силами спасти даже не всех, но хотя бы многих. И точно так, как в Великую Отечественную герои прикрывали своими телами амбразуры вражеских пулемётов, так и сейчас тысячи и тысячи имунов сознательно шли на смерть, спасая других.
Аристарх понимал их. Он бы поступил точно так же. Он никогда не прятался за спинами и не жрал в темноте под одеялом тушёнку. Он русский офицер и их мотивы ему ясны и понятны. Но всё равно, чувство трагедии витало над ним.
Новый год. Сумеет ли человечество понять и принять друг друга? «Грааль» перевернул всю нашу жизнь, нет и не может быть возврата к прошлому.
Куранты пробили полночь.
Над Сенатским дворцом реял флаг России. И пусть Президент уже в запасной столице в Жигулёвских горах, но флаг России реял над Москвой. Реял над Федерацией. Да, мы разные, но мы едины. И мы победим.
МОСКВА. КРЕМЛЬ. СЕНАТСКИЙ ДВОРЕЦ. Суббота. 6 января 2026 года. Местное время 15:31.
Аристарх Иванович явочным порядком разместил свою резиденцию в комнатах, в которых когда-то проживал товарищ Сталин. Нет, никаких особых ассоциаций у него не возникло, просто они показались ему наиболее удобными для его задач руководителя Центрального Федерального округа, тем более если Президент находится в Самаре. Кто-то же должен оставаться «в лавке», а тут имелись все необходимые коммуникации и условия.