— Какую женщину? — спросил Боамунд.
— А бог ее знает, — ответил Ноготь. — Просто женщину. Возникла из ниоткуда с биноклем в руке, сказала мне, что вы здесь попали… что я вам здесь зачем-то срочно нужен, и опять исчезла. Может быть, это была даже голограмма, — он раскрыл наволочку и начал запихивать в нее носки.
— Мы, однако, так и не разобрались, какая пара нам нужна, — заметил Боамунд. — Знаешь, мне думается, было бы неплохо, если бы мы выяснили этот вопрос. Иначе…
Двое других посмотрели на него.
— Бо, — произнес Галахад, — я не хочу показаться каким-нибудь торопыгой, но если тебе все равно, я бы предпочел, чтобы мы сперва унесли отсюда ноги, а уж потом занялись сортировкой белья. То есть, если это для тебя не имеет большого значения.
— Интересно, кто была эта женщина. Возможно, она знает.
— Кто? — переспросил Ноготь, поднимая лицо от наволочки. — Эта голограмма, ты имеешь в виду?
— Ну да, если это действительно была голограмма, — ответил Боамунд. — А что такое голограмма, кстати?
Ноготь уже приготовился объяснять, но его прервал звук с той стороны двери. Звук, если только он не очень ошибался, был похож на топот копыт. А также ног. Множества ног.
— Черт побери, — произнес он, — да сколько их тут? — Он потряс баночку с аэрозолем и скорчил гримасу. — Осталось не так уж много, — пробормотал он. — Как вы смотрите на то, чтобы спрятаться?
— Где?
Ноготь кивнул на камин.
— Попробуйте в дымоходе, — сказал он.
— Надо же, — произнес Симон Маг. — Интересно, как им это удалось?
Машо подняла голову от своих букв.
— Удалось что, дорогой?
— Да этот Сопливчик и тот, второй, — ответил маг, опуская бинокль. — Они все же отделались от этой безумной девицы. Очевидно, Боамунд не так прост, как мне казалось.
— Ну и прекрасно, дорогой, — улыбнулась Машо. — Интересно, что можно сложить из этих букв?
Она всмотрелась в кусочки картона в своей руке. Там были «О», «Б», «М», «А» и «Н».
— Интересно, есть такое слово — «манбо»? — спросила она.
На крыше было ветрено.
— Дай-ка мне вторую наволочку, — крикнул в дымоход Боамунд. — Только осторожно, не урони ее. Так, теперь лезь сюда.
Через мгновение рядом с ним появился Галахад. Он весь перепачкался в саже, и один ноготь у него был сломан.
— Жаль, что пришлось оставить карлика, — сказал он. — Ну что ж, ничего не попишешь.
— Подожди, пока мы доберемся до дому, — ответил Боамунд. — Однако досадно. Ненавижу чистить ботинки и пришивать пуговицы. Тратить время на такую ерунду!
В нескольких футах над их головами в воздухе реяли сани, привязанные к кольцу, вделанному в дымовую трубу. В оглоблях выгибала шеи упряжка северных оленей.
— Вот это кстати, — заметил Боамунд. — Я уж было начал удивляться, каким образом мы будем выбираться отсюда.
— Что-нибудь всегда подворачивается под руку, — сказал Галахад. — Ты представляешь, как управлять этой штуковиной?
— Не очень, — признался Боамунд. — Но я думаю, вряд ли это так уж сложно, если уловить, в чем тут суть. Может быть, подойдет обычное заклинание для полета.
— Я и забыл, — сказал Галахад, — ты же знаешь все эти магические штучки — исцеление, полеты и прочее. Лично мне это никогда не давалось.
Боамунд взгромоздился в сани, принял у Галахада наволочки и помог ему забраться в кабину.
— Ну что ж, — сказал он, — говорим волшебное слово — и полетели.
Он сказал его. Ничего не произошло.
— Что-то не так?
— Эта штука не работает — вот что не так!
Актер Галахад презрительно фыркнул.
— Попробуй вложить в это немножко больше чувства. Немного настойчивости — вот что здесь нужно. Дай-ка я попробую. Как там звучит твое заклинание?
Боамунд сказал. С минуту Галахад сидел молча, вживаясь в роль. Потом он произнес заклинание.
— Черт! — воскликнул Боамунд. — У тебя здорово получается!
— Спасибо.
— Но мы вроде бы все еще стоим на месте?
— Возможно, это было немного мелодраматично, — признал Галахад. — Я, кажется, несколько перебрал с Оливье. Попробую вложить побольше Марлона Брандо на этот раз, идет?
— Кто такой Марлон Брандо?
Галахад еще раз произнес заклинание. Сани продолжали тихо колыхаться на ветру.
— Это начинает надоедать, — сказал он. — Ты уверен, что не перепутал слова?
— Вроде все правильно, — Боамунд еще раз вполголоса пробормотал их про себя. Заклинание звучало как надо.