Начало, разумеется, было на английском, — и тот, кто писал его, имел большие трудности с орфографией, — какая-то ерундовая пьеска про людей, которых звали Альф и Дейрдре. Но потом рукописный текст кончался, и далее шел десяток абзацев мелким шрифтом, и Денни мог поклясться, что это латынь, насколько он мог разобрать. Это было, по меньшей мере, странно. Очень странно.
Прошло уже — о, лет пятнадцать, даже двадцать, с тех пор, когда учителя в школе оставили попытки научить его латыни; но память Денни была похожа на багажник семейного автомобиля. Вещи, которые давно уже никому не нужны и которые, по общему убеждению, вообще были выброшены много лет назад, имели тенденцию скапливаться там, прячась, выжидая удобного момента, чтобы выскочить на поверхность, когда никто этого не ожидает. К собственному удивлению, он обнаружил, что даже может кое-что разобрать…
Не осознавая, что делает, он присел на край стола и погрузился в чтение.
— Что она делает, Беддерс? — требовательно спросил Боамунд.
— Печатает, — отвечал Бедевер, пораженный. — Черт, Бо, похоже, у этой штуки внутри встроенный миниатюрный факс. Круто!
— Что такое…
Но Бедевер уже рассматривал узенькую полоску бумаги, упорно ползущую из боковины Персонального Органайзера Знаний.
— Это магический артефакт, — произнес он. — Это значит, что ты можешь посылать письма и документы и все что хочешь по всему миру за считанные секунды.
— А, так вот это что, — облегченно сказал Боамунд. — Только вот где у нее крылья?
Бедевер поднял бровь.
— Что ты имеешь в виду? Какие крылья?
— В мое время, — объяснил Боамунд, — когда кто-то хотел отправить письмо с одного конца мира в другой за несколько секунд, он использовал волшебного ворона. Но где у него крылья?
— Они его усовершенствовали, — сказал Бедевер; его внимание было приковано к бумаге у него в руках. — Теперь все делается с помощью электричества. Поэтому это и называется бескрылым телеграфом. А знаешь, это может оказаться интересным. Похоже, мы перехватили чью-то линию, и…
Помимо своей воли рыцари сгрудились вокруг, заглядывая ему через плечо, — все, кроме Туркина, который был слишком занят тем, что выжимал свою рубашку и дрожал от холода. Группа искателей приключений погрузилась в молчание.
— Так-так, — проговорил наконец Ламорак. — Интересно — это еще мягко сказано. Подумать только, Кен Барлоу и Лиз Макдональд…
— Да не этот кусок, — оборвал Бедевер. — Вот здесь, ниже. Бог мой…
— Но это же по-латыни, Беддерс. Я в латыни всегда был ни в зуб ногой.
Бедевер читал довольно бегло, и его палец вскоре оказался внизу страницы.
— Проклятье! — сказал он. — Она обрывается. Однако, для начала неплохо. Интересно, за каким дьяволом кому-то понадобилось пересылать это по факсу?
— Что там написано, Беддерс? — нетерпеливо прервал его Боамунд. — И если у этой штуки нет крыльев, то каким образом?..
Бедевер, однако, не слушал его. Он широко улыбался.
— Понимаю, — раздельно произнес он. — Очень, очень интересно, в самом деле. Так вот для чего эта штука была нужна на самом деле! — Тут он, по-видимому, заметил остальных рыцарей и повернулся к ним. — У нас в руках, — сказал он, — находится первая часть истории о том, как был утерян Святой Грааль, рассказанной современником, ну, или почти современником; и, черт побери, — тут его лицо расплылось в уже совершенно необъятной ухмылке, — вы никогда не догадаетесь, кто этот современник, написавший эту бумагу.
«Они будут просто вне себя, — сказал себе Симон Маг, — особенно Машо». Однако он предупреждал их, и не разбив яйца, не сделаешь омлета, и так далее. Наверное, ему будет лучше идти одному. Он взглянул на карту, лежащую на соседнем сиденье, но в кабине было слишком темно.
Придется полагаться на память, а ведь прошло, пожалуй, лет восемьсот с тех пор, как он в последний раз ездил по этой дороге. К счастью, он обладал хорошим чувством направления.
— Ковентри, — произнес он вслух. Хорошая идея — эти новомодные придорожные указатели; сберегает кучу времени, когда не надо каждый раз останавливаться и спрашивать дорогу у каких-нибудь морщинистых стариков-крестьян. Он наклонился вперед и включил радио. «Вокруг Британии», замечательно. Он любил эту программу. Простая развлекательная музыка, никаких придурочных шуточек.
Вполне понятно, что ему было немного не по себе. Это дело шло к исполнению долгое время, в него было вложено много сил. Он взглянул на спидометр и слегка отпустил педаль газа. Не стоит спешить, было бы глупо, если бы его сейчас задержали за превышение скорости.