— Осторожнее! — раздраженно воскликнул убийца в маске.
— Простите.
— Черт возьми, неужели нельзя смотреть, куда вы наступаете?
— Простите, — повторил Боамунд, — здесь темновато. Я сделал вам больно? — с надеждой предположил он.
Убийца хмуро посмотрел на него.
— Ничего подобного, черти б вас взяли, — проговорил он, поднимаясь на ноги и прыгая на одной ноге. — От вас одно беспокойство, — бормоча что-то себе под нос, он захромал куда-то в тень.
— Так, — сказал Симон Маг. — Давай-ка, малыш, надевай носки и передник.
— Это обязательно? — нахмурился Боамунд.
Симон Маг взглянул на него.
— Разумеется, обязательно, — сказал он.
— Ага, — проговорил Боамунд. — Просто я буду чувствовать себя полным придурком, разгуливая здесь в передничке с цветочками.
— Можешь надеть его под куртку, если хочешь, — терпеливо ответил маг. — Только поторопись, пожалуйста.
Боамунд опустился на колени и принялся развязывать шнурки.
— Носки ведь тоже необходимы, так? — спросил он.
— Жизненно, жизненно необходимы. Давай быстрее, хорошо? Мы не можем возиться с этим всю ночь.
— Они кусачие!
— Послушай…
За их спиной раздался леденящий душу вопль, и Симон Маг обернулся.
— Простите, — сказал он, — но не могли бы вы повременить пару минут? Мы еще не совсем готовы.
Головорез в капюшоне остановил руку на середине замаха.
— Что? — переспросил он.
— Мы вас совсем не задержим, — объяснил Симон Маг. — Парню просто надо переменить носки.
— Носки? Что за…
— Все в порядке, я готов, — объявил Боамунд, и его лицо озарила вспышка голубого сияния, когда Экскалибур покинул свой холщовый чехол. — Защищайся! — восторженно заорал рыцарь и ринулся вперед. Раздался металлический звук (приблизительно ре-диез), сопровождаемый грохотом падения человека в кольчуге в заросли кустарника.
— Это не по правилам, — раздался голос из кустов. — Я не приготовился.
— Так это же круто! — возразил Симон Маг. — Мы, считай, напали из засады.
— Нет, совсем наоборот! Это я напал из засады!
— Ну, значит, твоя засада не очень-то удалась, как ты думаешь? — ухмыльнулся Симон Маг. — Пошли, Боамунд, нам лучше не опаздывать.
Они прошли еще несколько шагов.
— Это получилось не очень-то честно, правда? — сказал Боамунд. — То есть, поскольку он нас подождал, то и мы…
— Чепуха, — твердо ответил маг. — Засада есть засада. Если он этого не знает, ему не следует гулять без сопровождения.
— Я этого тоже не знал…
— Ну, — нетерпеливо прервал Симон Маг, — ты же и не ходишь без сопровождения, не так ли?
— Ага, понимаю.
Они подошли к какому-то молу или пристани; здесь Симон Маг остановился и осмотрелся вокруг.
— Кажется, пришли, — сказал он. — Ну что ж, удачи тебе и все такое. Помни, что я тебе говорил.
Лицо Боамунда потускнело.
— Вы же не собираетесь меня здесь оставить, правда? — сказал он. — Вы так говорите…
— Боюсь, что так, — ответил маг. — Любое дальнейшее вмешательство с моей стороны будет уже грубейшим нарушением правил, а я не хочу, чтобы весь квест оказался не засчитан из-за каких-то формальностей.
— Ох, — произнес Боамунд. Поднимался легкий бриз, ложась рябью на поверхность озера. — И что я должен теперь делать?
— Сам увидишь, — сказал маг сквозь завесу голубого пламени. — Пока-пока!
— Пока-пока, — автоматически ответил Боамунд. Повернувшись, он посмотрел на озеро. — Ах да, сэр!
— Да?
— А что вы такое мне говорили, что я должен помнить?
— Я забыл, — ответил Симон Маг; его голос был гулким и неразборчивым. Его бессмертная половина была уже в нескольких тысячах миль и нескольких сотнях лет отсюда. — Наверное, это не очень важно. Следи, чтоб гарда была наверху, не забывай вращать кистью — что-нибудь в этом роде. Удачи, Боамунд.
Голубая пирамида превратилась в короткую яркую вспышку и исчезла, оставив после себя лишь несколько угасающих искр и пустой пакетик из-под чипсов. Ветер задул сильнее, ероша листву деревьев, окружающих озеро. Поднялась луна. Стало ощутимо холодать.
— Добрый вечер.
Боамунд развернулся вокруг. Рядом с ним стоял — его не было там еще минуту назад, разве что он очень искусно прикинулся небольшим декоративным вишневым деревцем — некто, кого Боамунд опознал как отшельника.
— Привет, — ответил Боамунд. — Ты ведь отшельник, верно?
— Да, — сказал отшельник. — Как ты догадался?