— Да-да, разумеется. Мы можем играть жестко, или мы можем играть мягко. Если вы не возражаете, — добавил он. Один из коллег пихнул его локтем в бок. Он обернулся.
— Ну, все, — сказал он. — С меня довольно, слышите вы? И мне совершенно все равно, что говорили в офисе на банкете, — он швырнул свою дощечку для письма на землю, попрал ее ногой и, медленно и торжественно прошествовав в самый хвост маленькой кучки клерков, встал там, сложив руки на груди.
С Бедевера тоже было довольно.
— Прошу прощения, — сказал он. — Я не хочу быть навязчивым, но, возможно, будет проще, если вы отведете меня к вашему начальнику.
— Хорошо, — пропищал чей-то голос из середины отряда. — Только без штучек, договорились?
— Без штучек, — вздохнул Бедевер.
Один из клерков показал на Туркина.
— А что с ним? — спросил он остальных.
— Он кажется таким славным, когда сидит вот так.
— Было бы просто жалко будить его, не правда ли?
— Нигде нет закона, чтобы нельзя было спать.
— Он не кажется мне опасным. Он кажется тебе опасным, Джордж?
«О, господи боже», — подумал Бедевер.
— Прошу вас, — резко сказал он, — не могли бы мы уже куда-нибудь пойти, если вас это не затруднит? А то…
— Поспокойней, пожалуйста! — отрезал низенький клерк и нырнул под защиту плеча другого клерка, стоявшего рядом. Бедевер принял решение.
— Мне кажется, — сказал он, — вы все очень занятые люди, у вас, наверное, много дел. Возможно, было бы проще для всех, если бы вы просто сказали мне, куда идти — нарисовали бы карту, что ли, — и тогда вы смогли бы вернуться к своим обязанностям. То есть, я хочу сказать, нам нет смысла идти целой толпой, не так ли?
Клерки начали переглядываться.
— Мне кажется, звучит неплохо, — сказал один из них.
— Замечательно.
— Великолепно.
— Благодарю вас, — Бедевер наклонился и потянул Туркина за ухо.
— Отс-тань, — проворчал Туркин. — Ещ-ще десять минут… — он клюнул носом и захрапел.
— Тур! — закричал Бедевер. — Просыпайся! — Он обернулся к клеркам. — Прошу прощения, — сказал он.
— Ничего-ничего.
— Все в порядке.
Бедевер дружески кивнул им и сильно лягнул Туркина в коленку.
Примерно десятью минутами позже они сидели в офисе.
Это был вполне приятный офис, для тех, кому нравятся чистенькие помещения с парными матово-черными корзинами для входящих и исходящих бумаг, настольными лампами с регулирующимся углом освещения и салфеточками на столе. По крайней мере, здесь были удобные кресла.
— Очень рад познакомиться, — сказал Бедевер.
— И я тоже.
Этот атлант чем-то отличался от остальных. Он был высок, молод, с короткой стрижкой и большими ушами. В этом окружении он держался как дома; фактически, можно было предположить, что он прилагался к обстановке при продаже офиса.
— Позвольте представиться, — сказал он. — Диомед, главный помощник по организации производства, к вашим услугам.
— Благодарю вас, — отвечал Бедевер, давая Туркину яростный тычок под ребра. Тот только кивнул и продолжал спать. Диомед улыбнулся.
— Не беспокойтесь за него, — сказал он. — Это оказывает подобное действие на некоторых людей — когда их кладут на депозит. Особенно, если к этому непривычен.
— Э-э…
— Совершенно верно. А теперь, — продолжал Диомед, — подозреваю, вы хотели бы узнать, что представляет собой Атлантида, не так ли?
— Да, — соврал Бедевер. — Вы правы.
— Хорошо, — Диомед кивнул и подтащил к себе коробку с бумажными обрезками. На протяжении разговора он сворачивал их в звенья, соединяя их в цепочку.
— В некотором роде, — сказал он, — Атлантида — это банк.
Он прервался и кинул на Бедевера острый взгляд. «Ох, черт возьми, — подумал рыцарь, — он ждет, что я отвечу что-нибудь умное».
— В некотором роде, — рискнул он.
— В точку, — подтвердил Диомед, энергично кивая. — То есть, в том же смысле, в каком Муссолини приложил руку к развитию итальянских железных дорог, а Иисус Христос имел известность как член гильдии плотников, Атлантида является банком. Одновременно она является также чем-то другим, чем-то довольно особенным, — Диомед улыбнулся кошачьей улыбкой и сплел пальцы, словно говоря: ага, сейчас-то мозги у тебя и свернутся в трубочку.
Бедевер с беспокойством почувствовал, что его правая нога погружается в сон.
— Атлантида, — произнес Диомед, — это место, куца вкладывают деньги.
— Понятно.
— Именно так, — его улыбка ширилась все больше, пока ей не стало угрожать потеряться где-то позади диомедовых ушей. — Теперь вы начинаете улавливать, в чем суть, не так ли?