Меня начинала утомлять трескотня матушки. Я мечтал о десерте, чтобы увести ее отсюда. И уговорить ехать домой. Голова раскалывалась. Ленор вежливо поддерживал беседу, остальные студенты молчали – и внимали.
– Иллюзия. Что за магия? Я-то надеялась, что у Ала проснется как минимум стихийная магия. А тут – иллюзия. Не скажу, что была разочарована, но поняла, что великим полководцем сыну не стать. Да и не годился он в полководцы. Раз влюбился в одну девчонку…
– Мама! – я понял, что сейчас последует рассказ о наибольшем позоре моей юности.
– Аль, ну интересно же, – перебила меня Мия. Еще бы! Ей интересно – а мне стыдно.
– Видишь, твоя студентка желает знать, – подмигнула мне Ирэна. – Так вот. Влюбился в соседку. Ходил вокруг да около. Долго ходил. Месяца два, не меньше. Мы с дочерью уже поспорили, признается он ей или нет. Стоит сказать, девчонка и не глядела в его сторону. Не признался. Зато когда на балу Элена намекнула счастливице на его чувства, разозлился и натравил на моих гостей иллюзорных ос. Жалили они ужасно! Но я была горда. Это же надо – целый рой ос создать. Это притом, что иллюзии Ала были слабыми и нестойкими.
– Мам, хватит, – злость снова поднимала голову. На этот раз ос не будет. А вот прогулка прочь из дворца – запросто.
И вдруг я заметил, как мама делает знак принцу Дарентелу – едва заметно. Если бы не наблюдал за ней так пристально, чтобы предупредить очередную глупую историю, то не заметил бы, как она показала принцу раскрытую ладонь, а затем трижды сжала пальцы в кулачок, словно разминая руку.
И принц ответил – тем же жестом. Интересно. Я улыбнулся и повернулся к матушке.
– Лучше расскажи, как Элена пыталась выучить заклинание призыва и взорвала мост через реку, – сказал ей. – Тоже занятная история.
– Да не очень, – отмахнулась Ирэна.
Как раз подали десерт, и она сделала вид, что увлечена кремом на пирожном. А Дарентел повеселел. Трудно было не заметить, как засияли его глаза. Так вот зачем ты приехала, матушка. Тебе нужен не я, а принц. Вот только зачем? Что такого важного ты должна ему сообщить?
– Ой, я засиделась, мне пора! – поднялась Ирэна, отодвигая фарфоровую чашку. – Только можно на секундочку взглянуть в зеркало? Не хочу показаться кому-либо растрепой.
И она направилась к висевшему на стене зеркалу. Конечно же, мимо принца. Оступилась, чуть не стала ему на ногу, пробормотала извинения. Но я заметил и то, как в момент мнимого падения матушка склонилась к уху Дара и что-то шепнула.
– Я тебя провожу, – подал ей руку.
– Конечно, дорогой, – заулыбалась она, попрощалась со студентами, и мы покинули гостиную. Спустились по лестнице на первый этаж, где обитала только прислуга.
– А все-таки ты солгал мне насчет принцессы, – говорила матушка. – Видела я, в кого ты влюблен. В ту милую студентку. Мию, кажется? Она так пожирала тебя глазами! Да и ты в долгу не оставался. Материнское сердце не обманешь.
– Ты права, – признал я. – Мия мне небезразлична. Но речь не о ней.
Бегло осмотрелся – никого. Зато приоткрыта дверь в коморку под лестницей. Насколько знаю, в таких комнатушках слуги хранят инвентарь: метелки, щетки и прочие необходимые предметы. Я схватил матушку за локоть и затолкал туда.
В груди все кипело и бурлило. Старался взять себя в руки, но только сильнее злился. Давно сдерживаемые эмоции рвались наружу.
– Ал, дорогой, что случилось? – мама упорно делала вид, что не понимает, какая муха меня укусила. Я аккуратно создал вокруг нас непроницаемую оболочку, а то на крики матушки сбежится весь дворец.
– Зачем ты приехала? – вцепился в ее локоть.
– О чем ты? – она невинно хлопала ресницами. – Конечно же, повидать тебя.
– Не лги! Спрашиваю еще раз – зачем? Думаешь, я слепой и не заметил, как ты переглядывалась с принцем? Отвечай!
– Ал, у меня могут быть свои маленькие секреты, – улыбнулась Ирэна.
– Какие? Советую хоть раз сказать правду.
– Всего лишь привезла привет от девушки. Это запрещено?
– Ложь!
– Ал, отпусти меня немедленно, – мама поняла, что так просто не отстану, и пошла в наступление. – Или ты забыл, кто я? Так могу напомнить. Я – твоя мать. Родила тебя, воспитала, и не моя вина, что жизни в родном доме ты предпочел ничтожный балаганчик комедиантов.
А вот это она зря! Я слишком долго терпел и молчал. И теперь эмоции рушили плотину здравого смысла.
– Родила и воспитала? – прошипел, крепче сжимая ее локоть. – Не думал, что унижения – это метод воспитания! Тебе все и всегда было не так. Думаешь, я не видел, как ты относишься к Элене? И с каким разочарованием смотришь на меня? Да, мама, я – не маг-стихийник, не некромант, даже не боевик. Но я горжусь тем, чего сумел добиться. Вот только твоей заслуги в этом нет! Или ты немедленно скажешь, что за тайны у вас с Дарентелом, или я провожу тебя к крону – на это моих мизерных сил точно хватит. И уж ему-то ты расскажешь, зачем напросилась ко мне в гости и какое сообщение передала его старшему сыну.