- Нет, у него сессия. Отца тоже не будет. – ответила мать.
Я услышал, как открывается входная дверь, жена держала в руках баночку с таблетками и что-то искала в телефоне. Я быстро смекнул, что к чему. Забрал таблетки, телефон, обнял ее. Мама тут же подоспела, и давай над ней кудахтать. Нужно будет выговор сделать Уинстону, я плачу его деньги не для того, чтобы она догадалась.
Лея хотела возмутиться моему резкому движению, но мама и сын приняли весь огонь на себя и она быстро переключилась. Совершенно рассеянное сознание – вот это мне и было нужно. Девушка метнула в меня такой взгляд, как если бы он говорил «поговорим позже». Но меня это ни капли не пугало.
За весь вечер, я заметил, что Лея не пила вино, и отказалась есть свое любимое блюдо. Зато налегала на таблетки, головная боль не уходит. Каждый раз, когда Уинстон начинал плакать ее лицо становилось гримасой боли и она тут же хваталась за виски и за эти таблетки. Но раз эта та жертва для нашего счастья, то пусть так оно и будет.