07.1 «Приспешники вымысла: часть первая»
«Приспешники вымысла»: седьмой логический раздел в структуре драматического произведения под названием «Град на Холме», завершающий личностную историю Меган Феликс, а также описывающий последовательность остросюжетных действий на территории оккупированного Мидлтауна через несколько дней после финала шестого эпизода. В данном разделе запланировано раскрытие нескольких сюжетных пунктов, а именно: дополнительных сведений из прошлого центральной героини, о судьбе ее лучшего друга Номуры Месейоши и что выступило причиной к переезду девушки из префектуры Мияги в Штаты к своему родному отцу, происхождении альтернативной сущности именуемой Феликс, а также о дальнейшей роли Меган внутри социального устройства недавно сформировавшегося теократического сообщества.
Болезнь «Феликс»: необъяснимый с медицинской точки зрения пример явной нейрофизиологической девиации, образующий своего рода парадокс ментальной взаимосвязи между сознаниями Меган и загадочной сестры Оливера Ньюмана по имени Феликс. Заболевание врожденного характера выражается с помощью симптомов диссоциативного расстройства идентичности, хоть технически даже и не является его разновидностью. Доподлинно неизвестно, каким образом был построен этот мистического рода мостик между личностными оболочками персонажей, впрочем за годы жизни в подсознании Меган установлено, что Феликс получилось не только завладеть ее мыслями, эмоциями и богатым внутренним миром, но и также приспособиться к своему временному пробуждению в пределах действительного физического мира. Данное состояние с учетом переключения между сущностями героев получило уже известное определение «Симптом запертого человека». Довольно сложно предположить, ли существует методы или инструменты, которые позволят Меган излечиться от своего устрашающего недуга. За всю свою жизнь девушке приходилось быть свидетелем множествах скверных злодеяний, как правило совершенных под влиянием уже непосредственно агрессивного попутчика. По неизвестной причине Феликс не способна испытывать человеческие качества поведения, которым свойственны великодушие, сожаление и любовь. Осколки ее чудом сохранившейся личности наоборот оказались насквозь пропитаны яростью, признаками ненависти и обиды, в связи с чем со стороны создается впечатление, будто в героине проживает олицетворение абсолютного зла.
«Завет Ньюмана»: совокупность моральных, культурных и этических взглядов, образовавшихся среди приспешников провокационных идей семьи Ньюман и общественности нового социального-политического режима. Характерными чертами новой модели поведения являются: презрение и осознание абсолютной недееспособности нынешнего механизма Соединенных Штатов Америки, стремление быть частью планируемых политических изменений, подчинение любым заявлениям Оливера Ньюмана, формирование народной презумпции в пользу его абсолютной правоты, строгая необходимость в соблюдении патриархальной структуры общества, где больше не признается факт равенства между мужчинами и женщинами. Отличительной особенностью данного типа человеческого объединения является закон о моногамных союзах. Среди заповедей Высшего Правого Порядка упоминается неестественный, впрочем задекларированный пункт, согласно которому замужним девушкам и женщинам Града строго запрещается вступать в светский или дружелюбный контакт с другими мужчинами, если только их поступки не несут разрушительный характер в отношении их одобреного апостолами брачного контракта. По словам Ньюмана: «Испокон веков явление измены или романтического предательства было неотъемлемой частью абсолютно любого государственного строя за всю историю цивилизации. Даже в Библии имеются прецеденты, когда измена становилась причиной к возникновению одного и то же исхода — к трагедии и личностному разложению. В нашем обществе измена не просто неприемлема, она запрещена законом, утвержденного печатью Господа. Как так вышло, что за нарушение женских обязательств предполагается более суровое форма наказания, нежели за мужских? Кто-то ответит, что все дело в патриархальной системе правления, но это отнюдь не так. К сожалению, дело в извращении. Представьте себе двух зверушек: волка и орлицу. Многие люди знают, что с дикими волками лучше не встречаться с глазу на глаз, ибо зверь неизбежно нападет в ответ. Вы от него это как раз и ждете, соответственно нет повода осуждать животное за это поведение. Да, нужно защищаться всеми доступными способами, впрочем модель поведения волка абсолютно ожидаема для нас, в то время как дерзость орлицы уже можно расценивать в качестве аномалии. Бог сотворил женский образ как олицетворение сочувствия, нежности и человеческой доброты. Когда живешь в мире, где орлы стали чаще нападать на людей, нежели это когда-то делали волки, неявно задумываешься, что пора с этим что-то делать. Американское сообщество поспособствовало нарушению естественного порядка вещей и если ничего не предпринимать дальше, тогда на Земле больше не останется людей, которые покажут человечеству правильный путь. Вот почему в нашем государстве к проблемам женской верности так жестоко относятся.»