Джонатан Блейк: Понятно. Нэнси, кажется, я понимаю, почему ты не можешь его отпустить. Поправь меня, если я грубо ошибаюсь. Тебя беспокоит сам факт необъяснимого безразличия со стороны человека, позволившего тебе открыться на эмоциональном уровне. Ты пытаешься найти ответ через призму собственных поступков, прилагаешь усилия для анализа личных ошибок в казалось бы неразрывном контакте. Технически источником столь бурных рассуждений является твоя мать, так как кому в голову могла бы прийти мысль, что ребенок будет вынужден ощутить привкус равнодушия со стороны женщины, позволившей ему появиться на свет. Да, я также это вижу и, поверь, я строго осуждаю ее поступки по отношению к нашей семьи.
Нэнси Блейк: Возможно ты прав. Папа, мы уже сегодня вечером отправляемся обратно домой.
Джонатан Блейк: Я знаю, что ты хочешь сказать. Не беспокойся, Сигурни пообещала, что приедет ради тебя. Быть может она будет где-то с минуты на минуту? Дорогая, возвращаясь к тематики с доверием и твоей недавней ситуации с Эриком, я бы хотел тебе вкратце рассказать одну давнюю историю, развернувшуюся на территории английского королевства в 1476 году, как раз через год после открытия Христофором Колумбом Северной Америки. Эту информацию тебе не удастся разузнать в школьных архивах. Лично я об этом узнал от своего отца, а тот — от своего. Наступило время и тебе принять это бремя. Героя этого удивительного рассказа зовут Фергюс. Он был хоть и скромным, однако весьма амбициозным человеком, проживал в роли доиндустриального предпринимателя в ничем не примечательном поселке в двухстах км от местоположения Ливерпуля. О его родителях было мало, что известно. К примеру, сельскохозяйственные соседи могли рассказать одну удивительную историю о загадочном появлении брошенного малыша в окрестностях тюльпанного поля. Военные прислужники короля, в свою очередь, на вопрос, откуда закрепилась таинственная жизнь нашего персонажа, умудрились дать следующий ответ: «Восемнадцать лет тому назад к нам в лагерь пришла одна незнакомая девица с ребенком на руках. Она была в одном белом платье с изображением черной крестообразной фигуры на предплечье. Холодный ветер по неизвестной причине поднялся исключительно вокруг ее фигуры, по крайней мере она была единственной, кто ощутил озверевшее присутствие матушки-природы. Ее движение было неторопливым, однако смелым и в то же время целеустремленным. Никто не стал ее останавливать, всем было жутко любопытно посмотреть на то, что произойдет в конечном итоге. Когда неизвестная подошла поближе к нашему командующему, она ласково попросила его принять ребенка, после чего, будто по зову судьбы, девушка упала на землю и в следующий миг умерла от дикого изнеможения.». С последующими легендами становилось понятно, что от местного населения ожидать появление истинного ответа было всего лишь пустой тратой времени, поэтому на этапе административной переписи Фергюсу присудили так называемый нулевой статус, благодаря которому он заработал признание в качестве человека, формально начавшего свой фамильный род. Как-то в один день наш герой принял одно важное поручение от богатой семьи Маклеллан, а именно доставку трех бочек с высококачественным вином. В те времена путешествия между королевскими регионами занимали относительно долгий промежуток времени, а попытаться на индивидуальной основе справиться с несколькими деревянными контейнерами было делом, не заслуживающим своего места в предварительном рассмотрении. Потому Фергюсом было принято решение подключить к своей ответственной кампании еще двоих путешественников, коими стали шотландка по имени Дина и ирландец с благородными корнями Брэди, которому было суждено стать связующим звеном между душой предпринимателя и образцом женской импульсивности. Путь был долгим и богатым на познавательные события. В первое время отношения между партнерами оставались на уровне чисто деловых. С дальнейшими приключениями им пришлось разговориться, потому что для человека всегда свойственно поддерживать социальную связь с его единственным окружением. Ближе к финалу небольшой отряд превратился в семью, где каждый его представитель оказался поглощен элементами надежного доверия и признательного уважения. Исторические личности впервые в своей жизни ощутили могущество человеческой близости, заставившей своих носителей составить клятву в знак долговременной верности, чего бы это не стоило. К огромному сожалению, для образца священного союза была предначертана судьба, чей результат радикальным образом не совпал с ожиданиями ни Фергюса, ни Дины или даже Брэди.