— Разузнай про него. Если это просто шустрый новик, присмотри, может быть, он нам пригодится. Если же тот, о ком я думаю… Чем раньше мы его прикончим, тем лучше.
— Я тебя понял, босс. Будет сделано.
Нет, с одеждой надо что-то решать.
Поежившись, я закрыл окно и снова залез под одеяло. Постель еще хранила тепло и необычный запах зеленокожей воительницы. Сама она срулила ранним утром на Рейд.
Ох, что за женщина! Горячая и страстная, как огонь! Заездила меня просто вусмерть!
Вылезать из постели не хотелось, но валяться лежнем не было никакого смысла. Как тут говорили «пока ты спишь — враг качается». А враги у меня здесь множились с умопомрачительной скоростью.
Я быстренько перекусил салатом из копченого мяса и каких-то незнакомых овощей, кои нашел в ящике у окна и, покинув гостеприимную обитель Айны, направился на Арену. Хотя жирдяй-распорядитель и божился, что проблем с выигрышем никаких не будет, я успокоюсь, только тогда, когда все причитающиеся желтяки будут в кошеле.
Утром Арена была совсем не похожа на себя вчерашнюю. Вместо пестрой толпы — три флегматичных дворника, зевая, они сгребали оставшийся после посетителей мусор.
Толстяк отыскался в пристройке. Звали его, кстати, забавным имечком Бонпасер. Радости мое прибытие у него особо не вызвало.
— Держи свои желтяки, — кисло сказал он, отсчитывая кинжалом рассыпанные по столу кристаллы. — В следующий раз поставлю на тебя…
Я усмехнулся, собрал кристаллы и отвалил.
Выигрыш получился что надо! Ставки против меня доходили до 1 к 8! Бугор, конечно, процент брал грабительский, но даже после его вычета я оказался с весьма внушительной суммой на руках: почти сотня желтых кристаллов! Они под завязку забили три кошеля.
Так что сами боги велели наведаться на рынок.
Здесь было людно. Многие меня узнавали, и я даже получил парочку улыбок. Впрочем, раздосадованных морд было больше. Понятно ведь, на чьи деньги я пришел сюда затариваться, ха-ха!
Первым дело купил себе нормальный шмот. Кожаные штаны, мощные боты с кованой подошвой, куртку с нашитыми медными бляшками и шляпу. Стоило это все весьма недешево. Как выяснилось, такая одежда кроме защиты от солнца и холода несла на себе наговоры от зомбарей. Проверить это я никак не мог (не было соответственных Улучшений), так что пришлось поверить продавцу на слово. Кроме этого взял два свитка «Расширения Инвентаря». И вновь применить сам их не смог, пришлось идти к промышляющему накладкой чар магу в небольшом магазинчике на соседней улице.
Кстати о магах.
Таковых среди жителей Города было совсем немного. Все дело было в наличие Улучшения «Чтение Заклинаний». На самом деле здесь вообще все было завязано на эти самые Улучшения. С помощью красных кристаллов можно было получить и Интерфейс, и Карту, и Профессию и еще многое-многое другое. Проблема в том, что выпадало все это чрезвычайно редко. Причем чем дальше, тем шансы на какую-нибудь ценную плюшку сильно падали. Как правило, новички довольно быстро выбивали себе Инвентарь, Карту, Осознание Себя, Оценку, Профу, а вот такие редкие штуки, как Создание Артефактов встречались по одной на сотню рыл. (У меня в Инвентаре до сих пор лежали выданные Хранителем Камни Новичка, но Айна посоветовала их пока не использовать. Фишка была в том, что они стопроцентно давали Умение и Улучшение и чем больше их к моменту применения было проучено, тем выше был шанс получить что-нибудь редкое и крутое).
— Амулеты? Наговоры? Свитки? — вопросил молодой остроухий паренек.
Я с интересом просмотрел рассыпанные по столу картонки с наименованиями товаров и ценами и сожалением отложил их. Цены кусались. А еще покупать свиток с Умением «Взгляд Бузада» за пять красный кристаллов, не зная, что эта за хрень такая было, мягко говоря, малоумно. Набрал у него склянок со Здоровьем и Бодростью и взял горсть тех самых «Осколков» — расходников для Умений. («Осколки» представляли собой… осколки зеленого стекла. Размером с фалангу большого пальца, были весьма тяжелыми и холодными на ощупь). А также попросил активировать имеющиеся Умения.
Сам процесс активации выглядел довольно занятно.
Молодой остроухий паренек болтал без умолку, расчерчивая на полу сложную двенадцатиконечную звезду. На ее лучи легли какие-то косточки, в центр плошка с черной жидкостью, а сам он, закончив с черчением, принялся ловко разрисовывать себя багряной охрой.
— Это представление обязательно? — спросил я хмуро, кивнув на звезду.