Я содрогнулся от нарисованной резом картины. Это было жутко.
— Хенгал идет не один. С севера идут еще, как минимум два Торговца со своей свитой. Ты, конечно, волен уйти. Но я… прошу тебя остаться. Ты в силах остановить Карающую Длань. Хотя бы на время.
— Я? Как я могу это сделать? У тебя немало воинов. Что я смогу сделать против сотен Слуг?
— Слуг мы возьмем на себя. Ты же…
Наверняка Черный рассчитывал, что Руаф-Улиб после подобного фиаско унесется из городка подобно Бесстыжему Ветру с его родной планеты. И, на самом деле, он бы этого очень хотел, но Хозяева не для того держат при себе Тайных, чтобы они исчезали, не сделав дело. Наказание за подобный проступок может быть куда суровее смерти.
За случившееся тоже будет наказание. Но Руаф-Улиб надеялся, что не слишком суровое. Сейчас не время и не место для полноценного наказания.
Забившись в самый дальний туннель, что располагался под огромным ангаром, который местные называли Ареной, Руаф-Улиб извлек из Инвентаря небольшую пирамидку из мутного стекла. Он помнил, с какой жадностью смотрел на выброшенный им хлам молодой Черный. Конечно же, самое ценное осталось в целости и сохранности.
Прямой сеанс связи не был простым делом. Вначале Руаф-Улиб кинжалом выцарапал на древних плитах пентаграмму, описал вокруг круг и начертал двенадцать Знаков Адаша. Их смысла он не знал, Хозяева очень неохотно делились знаниями, но мог бы нарисовать их хотя бы и с закрытыми глазами. Знаки позволяли обойтись без свитков чар и существенно расширяли подвластную магам Колоду Заклинаний.
Затем близ чертежа разложил колдовские ингредиенты. Чешуя ящериц Ух, камни горы Нор и прочее. Их набор являлся по сути универсальный кодом для доступа к определенной магии и определенному объему этой магии Системы. Когда же все было готово, осталось активировать и настроить чары.
Руаф-Улиб немного поколебавшись, полоснул по запястью кинжалом, и на помещенную в центр пентаграммы стеклянную пирамидку полилась кровь. Удивительно, но его до сих пор мутило от вида собственной крови.
Пирамидка засветилась неровным зеленым светом. Кровь вскипела, по венам Руаф-Улиба прокатилась жаркая волна. Скривившись, он с трудом подавил стон.
Прошла минута, кровь все так же капала на пирамидку, вызывая все новые и новые болезненные волны. Заклинание жадно рыскало вдали, пытаясь найти того, к кому было послано.
Вскоре боль стала уже почти нестерпимой. С каждой каплей крови Руаф-Улиба покидала сама жизнь…
Но вот пирамидка вдруг буквально взорвалась светом. Множество лучей осветило туннель. Спустя несколько секунд пред Тайным предстала сотканная из зеленоватого света фигура Хозяина.
— Говори, — низким голосом сказал он и Руаф-Улиб начал говорить.
Конечно, он попытался представить себя в как можно более лучшем свете, но чем дальше он говорил, тем все сильнее прокрадывалась в его сознание мысль, что надежды о легком наказании были тщетны. Молчание Хозяина разбивало их в пыль.
Руаф-Улиб все говорил и говорил. Ему казалось, что он будет жив, лишь пока говорит, но вскоре рассказывать стало уже нечего. И он замолк, прислушиваясь к быстро убегающему по туннелю эху.
— Ты сделал все, что мог, — сказал Хозяин. Руаф-Улибу показалось, что он ослышался. В его сердце затеплилась безумная надежда… Хозяин же продолжал. — Я потребовал от тебя того, что ты свершить был не в состоянии. Ты слишком слаб для противостояния ему. Но мне нужен этот Черный. Я дам тебе силу. Силу Нижних. И прежде чем Карающая Длань обрушится на этот город, ты доставишь его ко мне.
Силу Нижних⁈
Нутро Руаф-Улиба похолодело. Сложно было представить более ядовитого дара. Силу Нижних легко взять, но от нее практически невозможно избавиться.
Руаф-Улиб хотел что-то сказать. У него даже промелькнула безумная мысль разорвать связь, но Хозяин поднял руку и мир Руаф-Улиба померк. Его заменила боль.
Как-то незаметно я затесался в самую элиту городка.
Солон.
Меловой Шазг — невысокий и тощий уродец незнакомой расы в шикарной, но сильно потрепанной шубе.