— Почему Мио? — удивился Джоэл, кладя меч на закрытый сундук. С расписанной крышки улыбалось узорное солнце. Ли в своих тревожных метаниях вложил в художественные образы невероятную радость, точно так призывал счастливый исход всех их мытарств. Но, похоже, за время болезни Джоэла неугомонному напарнику удалось продвинуться и в расследовании. Правда, имя нового в их рядах мальчишки несколько озадачило. Мио не выглядел достаточном опытным для таких опасных затей и вряд ли мог самостоятельно оценивать все риски, связанные с их авантюрой, идущей в обход указаний цитадели. Но приходилось действовать самим, потому что гарнизон военных не желал делиться информацией, это признал даже Уман. Кто-то очень не хотел, чтобы дело Рыжеусого и секрет Джолин всплыли на поверхность.
— Мио — незаметное лицо. Переодеть его в клетчатую кепку и старые штаны — обычный подмастерье или посыльный. Да еще выглядит младше своего возраста. На ночных улицах недавно, не примелькался. Короче говоря, никаких подозрений, — просто объяснил Ли. — Нам-то с тобой уже не пошпионить, весь город знает, видели воочию сто раз. А теперь и подавно. Как же, ведь ты убил Вестника Змея! Ух, тут нам еды нанесли в первые дни, когда ты в госпитале помирать вздумал. Испортилось уж все… Глупые люди, будто еда тебе была нужна. Ну, как на поминки, честное слово! Тьфу! В общем, меня и тебя все уже знают. А Мио-то кто? Никто.
— И ты втянул мальчишку? — еще больше насторожился Джоэл.
— Да. Он был не против. Честное слово, — оправдывался Ли, энергично размахивая руками. — Это ведь изначально его расследование!
— Какое? — не понимал Джоэл.
— Дело Рыжеусого.
— Так, а этот тип здесь при чем?
— А… Да, ты же не в курсе. Я взял адреса Рыжеусого и сопоставили с адресами Джолин. Частично совпали, — коротко и ясно доложил Ли. И Джоэл поразился, как это ему раньше не пришла в голову такая идея. Конечно же, бунтовщики пользовались одной сетью информаторов и точками сбыта товара! Или товар и был главной целью информаторов. Сначала они считали Рыжеусого обычным контрабандистом, а потом Джоэл просто не успел ничего обдумать.
— Так я и думал. Ли, ты гений! Но это же тем более значит, что Джолин незачем оставаться в пекарне.
Похоже, клиенты пекарни что-то делали с чудо-снадобьями, от которых покойная Грета скакала по крышам и намеревалась выйти в Хаос. Все упиралось в применение стимуляторов и возможный побег за стену. Рушащуюся стену.
— Да, это точно. Уже почти все раскрыто. Улику со списком мы… подбросим кому-нибудь из подозреваемых, когда выдвинем объявления преступной сети. И найдем ее официально. Думаю, у кого-то из «благовоспитанных» клиентов всплывет похожий экземпляр. Это вроде их путеводителя.
— Отличный план, Ли. Но сегодня я иду забирать Джолин. Как только она вернется с пирожками, — кивнул Джоэл.
— Я с тобой, — тут же вызвался Ли.
— Нет. Это мое дело, — упрямо оборвал его Джоэл. И вновь обнаружил в себе неприятную сварливость.
— Джо, но ведь ты… — Ли запнулся и бросил задумчивый взгляд на меч. Они оба понимали, что Джоэл пока не в состоянии по-настоящему сражаться, а славное оружие послужит разве что для запугивания пекаря.
— Ли, позволь мне снова почувствовать себя живым, — осклабился Джоэл, невольно сжимая кулаки.
— Хорошо, Джо. Только сначала отдохни. Ради меня, — взмолился Ли, больше не напоминая о временной немощи. Джоэл успел с содроганием представить, как ему придется засветить в челюсть любимому, если тот посмеет удерживать силой в мансарде. Но Ли всегда чутко понимал друга. Времена их жарких ссор и примирений, казалось, миновали навсегда.
«Заберу Джолин незадолго до отбоя, — думал Джоэл, задремывая под привычные лучи Желтого Глаза, пробивавшиеся через новые шторы. — Мне после отбоя шататься по улицам можно, табличка с удостоверением при мне. Ее проведу до мансарды якобы как свидетельницу. А Зереф Мар за нами не сможет увязаться, дойдет до первого патруля, а дальше — в темницу за нарушение порядка. И неплохо бы, если именно туда».
План на грани грезы и вымысла выглядел идеальным. Время во сне текло быстро, ускользало незаметной струйкой песка. Страж Вселенной говорил, будто Змей как-то ввернул его, перекрутил и сделал мягким, податливым. Если бы научиться управлять им, если бы подчинить и перемотать, склеить всё разбитое, перебинтовать все раны терзающихся душ, предотвратить само их появление. Но невозможно изменить без потерь, когда великий город давно превратился в обиталище грустных теней и сотен пороков, разделенных на множество строгих, но ложных вер.
Джоэл снова узрел Вермело в огне, а над ним в багряных небесах парил и парил Каменный Ворон, обреченный сражаться со Змеем и не побеждать. Он смотрел свысока на него, на Джоэла, бренным телом приколоченного к разбитой мостовой. Ворон звал на бой, но горести и радости друзей и любимых велели пробудиться в назначенный час. Призывали в мир живых, обратно в оковы изрубцованного тела.
— Джо, пора. Я собираюсь с Мио на дежурство, — осторожно потряс за плечо Ли. От него приятно пахло яблоками, он ласково наклонялся, терся носом о щеку. И вместо желания куда-то спешить в душе разливалось великое умиротворение. Но мысль о Джолин, страдающей в пекарне, кидала вперед, как на бой с Вестником Змея.
— Сколько я проспал? — спохватился Джоэл, удивляясь, почему не чувствует привкуса гари. В Ловце Снов снова оседали ее хлопья. И где-то осыпались обугленные строения рушащегося города, где-то, где каменные перья пробивали опаленные крыши и острые зубы Хаоса терзали гигантское птичье тело.
— Часов десять, — отвлек от смутных воспоминаний о сне Ли.
«Проклятый опиум… это из-за него я теперь так… — рассеянно отметил Джоэл. — Так всю жизнь недолго проспать».
Джоэл буквально скатился с кровати, неудачно оперся на правую ногу, глухо зарычал, потом торопливо умылся из кувшина, оделся и пристегнул к голени скобу.
— Тебе точно не нужна помощь? — с сомнением протянул Ли, сочно пожевывая свежее яблоко.
— Нет! Это мое дело! И не особо сложное, — горячо запротестовал Джоэл и потянулся к мечу на сундуке. — Ида у Батлера перестала видеть кошмары, как только он забрал ее от тирана-хозяина. С Джолин случится так же, я уверен.
Но он лгал, он совсем не был уверен. Необъяснимый темный страх прорезал мурашками под кожей. Не тревога и не предвкушение — именно страх. Он двигался, как в тумане, как ненормальный, не различающий реальности и снов. И все же собирался в пекарню, списывая все на побочные эффекты множества инъекций обезболивающих. К тому же сны и реальность давно потеряли четкую грань, примерно в тот день, когда он увидел воронку и Каменного Ворона, в тот день, когда неведомая сила выбрала его или он услышал ее печальный зов.
— Тебе не кажется, что твой романтический интерес всегда связан с защитой от кошмаров? — улыбнулся Ли. В его темных глазах медовыми искорками теплилась забота, смешанная с закономерной тревогой. Джоэл пообещал себе передать Ли, который выходил на дежурство, весточку о своем благополучном возвращении в мансарду. Вместе с Джолин, иначе никак.
— Возможно, Ли. Считай, это мой личный фетиш. Но ты же знаешь…
— Знаю. Джолин красотка. И смелая. Удачи тебе! Возвращайся как можно скорей.
Джоэл отсалютовал Ли взмахом руки от треуголки. Он надел дорогой подарок любимого, зная, что вряд ли ему случится по-настоящему сражаться в этот вечер. Зато головной убор добавлял представительности и бросал на лицо грозную тень. Впрочем, осунувшиеся щеки и впалые глаза в обводке сизых кругов и без того пугали, наводя на мысли о восставшем мертвеце.
На мгновение Джоэл замешкался у входной двери, когда неказисто и медленно спустился по лестнице. Он засомневался, а нужен ли он теперь такой Джолин, ей, прекрасной принцессе, заточенной в башню злым драконом. Но он тут же развеял собственное малодушие: она тащила его, истекающего кровью, умирающего, от Королевской Улицы до самой Цитадели. Без нее он бы погиб. За ней вел охоту Легендарный Сомн, значит, при любом раскладе за Джолин давно следовало приглядывать охотникам. Отговорки! Все отговорки и оправдания! Джоэл шел ради себя, ради своей любви, которая давала силы забыть и о ранах, и сомнениях, и о снах, где Каменный Ворон не мог победить Змея. Его ждал Вермело, его ждала Джолин. Хотя на опустевшей Королевской Улице первым встретил тощий изодранный кот.