- Слушай мою команду!- крикнул Парис, развернув коня в сторону неприятеля.- Пятнадцати человеками залечь во всю ширину улицы, другим пятнадцати - опуститься на колено сразу за ними, а третьим стрелять стоя позади васех! Остальным заряжать ружья! Приказ был произведен в действие в считанные секунды. Конница гугенотов наткнулась на шквальный огонь и, потеряв больше сотни всадников, вынуждена была отступить. Продвигаться дальше было бессмысленно. Выстрелы раздавались ежесекундно.
- Канониры, тащите пушки к южным воротам! Будем пробиваться с боем, площадь нам не удержать!- отдал распоряжение Парис, продолжая сидеть верхом на коне позади цепи стрелков. Тридцать человек, развернув пушки на площадь, покатили их на противоположную улицу под прикрытием стрелков. Повозка с порохом и ядрами тащилась за артиллерией на безопасном расстоянии. Парис следил за всеми передвижениями, будучи между площадью и улицей. Заметив, что пушкари благополучно переправились через площадь, Парис дал команду остальной части роты перейти, и сам поскакал на юг. Боковым зрением виконт увидел вспышку справа, и вовремя пригнул голову. Пуля снесла с его головы шляпу. Достав из-за портупеи пистолет и осадив коня, виконт выстрелил во врага, почти не целясь. Стрелок, а им оказался один из командиров армии противника, вывалился с балкона.
Шестьдесят стрелков роты де Валье пересекли площадь под массированным огнем противника, окружившего площадь со всех сторон. Прикрыв тыл шестидесятью стрелками, Парис с пушкарями пробивался к южным воротам, которые он намеревался взять силой и открыть путь армии Конде. Вся оборонительная мощь города была сосредоточена на площади и прилегающих к ней улицам. Теснимые превосходящими силами противника, солдаты де Валье отступали и сжимали поле деятельности. Неожиданно батарею атаковала конница и лишь благодаря быстрым действиям, пушкарям удалось отразить удар. Тем временем стрелки, потеряв человек пятнадцать, но, уничтожив сотни три пехоты, продолжали отступать к батарее. Патроны уже не оттягивали карманы стрелков, как и ядра не прогибали днища повозки, и, зная это, капитан отдал приказ отойти в переулок, примыкавший к кабаку. Одно орудие осталось прикрывать отступление, второе солдаты поволокли в переулок, еще свободный от вражеских войск. Десять добровольцев осталось умирать на улице под непрерывным огнем противника, в то время как остальные тридцать отошли в переулок. Из десяти волонтеров ни один не уцелел. Улица запрудилась войсками гугенотов, и, чтобы не быть окруженными, пушкари взорвали орудие и поспешно скрылись в переулке. Конница устремилась за ними, но грянул выстрел из орудия и тесный переулок усеяли трупы животных и людей. Всадники были вынуждены повернуть обратно, но это оказалось не так просто сделать, и ядра, посылаемые из оставшегося у де Валье орудия, упорно уничтожали конницу противника. Наконец в одном конце переулка показались вражеские пушки. Парис понимал, что устоять против артиллерии невозможно и продолжать защищать переулок было равносильно самоубийству.
- Все в кабак! Орудие в двери!
Пушкари мгновенно заняли хорошо укрепленный на случай атаки Конде каменный кабак, заведя через широкие двери единственную мортиру и выставив ее жерло в окно, смотревшее на ту сторону переулка, откуда стреляла вражеская артиллерия. Увидев, что все отошли в кабак, Парис прямо на коне влетел через окно в помещение. По приказу капитана из восьми столов были немедленно сделаны заграждения от пуль и картечи. Чтобы защитить канониров от пуль, из оставшихся четырех столов Парис приказал сделать нечто наподобие дота. Тридцать оставшихся солдат во главе с капитаном де Валье, разместились по углам кабака, заняв выгодные места и наводя мушкеты на окна.
- Сержант де Бриенн,- сказал Парис, слезая с коня,- обыщите кабак и проверьте, нет ли в них пороха и пуль.
Сержант мгновенно проник внутрь помещения склада и стал обыскивать все комнаты подряд. Наступило короткое затишье. Очевидно, гугеноты соображали, как лучше атаковать кабак, превращенный солдатами де Валье в крепость. Протестанты потеряли уже свыше двух тысяч человек и не хотели бездумно жертвовать другими. Было принято решение послать парламентера. В переулке с белым флагом показался солдат городского гарнизона. Париса это обрадовало. Ему было важно выиграть время. Уже светало, но солнце пока светило явно не солдатам католической армии.