- А-а,- граф догадался о способе выхода сына.- Парис, тебе уже девятнадцать, а ты все как мальчишка.
- Очень яблок захотелось,- отшутился виконт.
- Ладно, пойдем со мной, сын,- невесело произнес граф, обнимая сына за плечи.
- Пойдем. Кстати, я хотел тебя спросить, как там маркиза?
- Очень плохо. Вчера вечером привезли Луи, сегодня похороны. Ты...
- Нет, отец, я не смогу... Я не смогу видеть, как страдает эта несчастная. Если хочешь, поезжай один и передай мои глубочайшие соболезнования.
- Ладно, сынок, ладно,- произнес граф и хлопнул сына по плечу.
Они зашли в гостиную и граф распорядился на счет завтрака. Пока отец с сыном беседовали, в гостиную, вернее в тот отдел ее, что назывался трапезной, на большом подносе внесли супы, следом - жаркое и вино. За лакеями следовала молодая девушка, несшая соусы. Парис узнал ее, и когда милашка опустила на стол поднос, виконт подмигнул ей и бросил яблоко, которое она ловко поймала. Мария тут же поклонилась, а Парис послал ей ничего незначащий воздушный поцелуй, бросивший служанку в краску. Этот жест не остался незамеченным спрятавшейся за портьерой Люсьеной, которая и без того была в бешенстве после вчерашней выходки Париса.
- Как поживают наши соседи Менвили, отец?
- Прекрасно, сын.
- Камила, наверное, уже вышла замуж?
- А разве ты уже сделал ей предложение?- лукаво спросил граф.
- Причем здесь я? Разве мало в провинции парней, бросающих убийственные взгляды?
- Оставим до поры этот разговор. Я не буду торопить тебя с женитьбой, но знай, что Камила твоя будущая супруга. Мы с бароном...
- Такова ваша воля, хотите сказать,- подчеркнул виконт.
- Именно, такова наша родительская воля,- ответил граф, вытирая губы салфеткой.
- А знаете, отец, почему в мире так много супружеских измен? Потому, что родители, чья воля подчас всесильна, женят детей на деньгах и титулах. Если бы все люди женились бы по любви, измен было бы гораздо меньше. Впрочем, вы предлагали мне переменить тему, и я с удовольствием соглашаюсь с вами.
Граф с удовлетворением кивнул.
- Знаете, отец, придется нам снести старые защитные стены. Кардинал разрешил взамен старых построить новые.
- Что-то я тебя не пойму, ты о чем?- спросил Эдмон де Валье, вопросительно глядя на сына.
- Вы же знаете, Ришелье издал указ о срытии сильно укрепленных замков. И если бы я не выменял у кардинала наш замок на Кастр, едва ли бы он устоял.
- Что значит выменял?
- Так получилось, что Конде де Бурбонский с Луи Марильяком послали меня с моей ротой брать город. Я им действовал на нервы, и они решили избавиться от меня таким образом.
- Ну и?- недоумевал граф, перестав есть.
- Ну и я его захватил. А что мне оставалось делать. Взамен кардинал пообещал сохранить наш замок. А новые стены поставим подальше. Сад загустел, ему нужен простор.
- Постой, постой, ты что же, один с ротой солдат взял город? Такого никогда не было! Это невозможно!
- По-вашему я самовольно снял с груди Конде этот орден?
Эдмон воткнулся взглядом в орден Золотого Руна и подавился изумлением.
- Вот чудеса! Рассказывай, как тебе удалось!
Парис хотел пуститься в рассказ о взятии Кастра, но вдруг увидел проходившую под окнами Марию, которая, встретившись с ним взглядом, стыдливо опустила ресницы.
- Отец, я рад, что Мария живет здесь. За те семь лет, что я не видел ее, она стала девушкой и прехорошенькой!
- Интересно,- проговорил граф, испытующе глядя на сына,- уж не влюбился ли ты часом?
Парис расхохотался.
- Что вы, отец, как вы могли подумать, что я могу увлечься этой деревенской девчонкой?! К тому же она худа и немодно одета.
- У тебя острое зрение,- заметил граф, про себя думая, что если он не женит сына в ближайшее время, то его сын вскружит голову всем домочадцам из числа женщин.
- Я осмотрю замок, отец, ведь я забыл все ходы и выходы,- сказал юноша, вставая из-за стола.
- Конечно, это же твой замок!- разрешил граф.
Глава 4. Новые забавы.
Пробежав по коридору в правое крыло замка, Парис оказался у комнат прислуги, где встретился лицом к лицу с Марией, прекрасной девушкой лет восемнадцати. Она не успела опомниться, как потеряла под ногами опору и оказалась в объятьях де Валье. Мария в страхе забилась, как пташка. Самоуверенное выражение лица виконта ее пугало.