– А вот сей образец – форма повседневная. Кою солдаты и унтер-офицеры будут носить каждый день во время нахождения в расположении полка, исполнения внутренних полковых и иных воинских караулов, а также занятий, проводимых без выхода из расположения.
Император благосклонно кивнул, подпитав энтузиазм генерал-квартирмейстера.
– Ну а эти два образца сиречь форма полевая. Используемая, как следует из её названия, исключительно в поле и бою. Первый образец – зимний, сделан из сукна и имеет дополнительные суконные вставки на коленях и локтях, при износе каковых их можно будет легко заменить, отпоров и пришив новые. Зимняя шапка позволяет носить её, в зависимости от погоды, с клапанами, поднятыми вверх, со слегка опущенными и завязанными на затылке или полностью опущенными и завязанными под подбородком. А брезентовый ранец с кожаным клапаном позволяет содержимому оставаться сухим даже в дождь. К тому же он заметно легче и намного дешевле старого чисто кожаного…
– Солдатиков в крестьянские треухи одели, – раздражённо пробурчал кто-то. – Ещё бы армяки на них натянули!
– И как мы сможем на поле боя различать один полк от другого, ежели все войска будут одеты вот в это? – тут же не менее раздражённо вступил другой. – Да эту зеленуюзелёную серость за полверсты вообще видно не будет! Мы своих солдат что, должны на поле боя искать?
Генерал-квартирмейстер растерянно замолчал, но император невозмутимо махнул рукой. Мол, продолжайте…
– Здесь же, – несколько обескураженно продолжил генерал Шуберт, перейдя к следующему унтеру, – летний вариант полевой формы, он отличается от зимнего тем, что сделан из бумажной ткани и имеет головной убор в виде облегчённого кепи с опускающимися клапанами…
– И вот это должно остановить сабельный удар? – возмущённо выкрикнул ещё кто-то. – Да его нормальный кивер не всегда останавливал, а тут…
– Господа, давайте же позволим Фёдору Фёдоровичу закончить, – примирительно произнёс император, поглядывая на стоящего чуть в стороне Даниила. Ну да – ему, наконец, удалось убедить императора на введение полевой формы, но император в отместку решил скинуть на него продавливание неприятия подобного убогого одеяния «позорящего славного русского воина», через генералитет. Поэтому бывший майор и организовал эту «презентацию». Но он не ожидал, что неприятие будет настолько сильным. Судя по лицам присутствующих генералов – недовольны были все. Оставалось надеяться, что продолжение представления будет достаточно убедительным, дабы убедить хотя бы часть. Шуберта-то ведь, в конце концов, удалось убедить! Впрочем, он был не только офицером, но и учёным – геодезистом, топографом, гидрографом, почётным членом Морского учётного комитета и действительным членом Русского географического общества. Так что его кругозор был весьма широк.
– А теперь, господа, я прошу всех взойти на редут, на котором мы подготовили главное обоснование того, почему предлагается перейти на полевую форму данного типа, – обратился к генералам Даниил, когда Фёдор Фёдорович закончил представление. Николай снова благосклонно кивнул, после чего резво взбежал вверх по пологой насыпи, остановившись у невысокого бруствера. Генералы, недовольно гомоня, последовали за ним.
– Перед вами три группы мишеней, – негромко начал Данька, указывая в открывшееся с вершины редута поле.
Мишени были представлены группами выбеленных извёсткой щитов из бруса, на которых были нарисованы солдаты некой абстрактной армии, одетые в соответствии с современной военной модой. То есть весьма пёстро. И хотя мундиры этих нарисованных солдат не повторяли в точности мундиры какой-то реальной армии, по цветовой гамме они были наиболее близки в французской… Увы, отношения с La belle France чем дальше, тем всё больше и больше портились. Тем более что французов изо всех сил пытались подзуживать англичане… при этом сами они пока портить отношения с Российской империей не спешили. Что тоже, впрочем, было вполне в их стиле. «Англичанка» очень любила действовать чужими руками, а когда не получалось – непременно старалась скинуть ответственность на кого-то другого, сделав вид, что «я не я и лошадь не моя», а если и это не получалось – то хотя бы непременно сбить коалицию…
– …Которые располагались на дистанции шести, четырёх и двух сотен шагов.
– Вы что же это, молодой человек, – кривя губы, обратился к нему статный военный в возрасте со знаками различия генерал-адъютанта на мундире, – собираетесь стрелять на шестьсот шагов? Вы в своём уме? На такой дистанции это будет всего лишь бесполезный расход пороха и свинца.