– Нет! – резко ответил Даниил. – Ни в коем случае. Эта пушка должна стать самой большой тайной нашей страны минимум на ближайшие десять лет. Так что я категорически запрещаю не только публикацию в «Артиллерийском журнале», но и даже любые упоминания во время дружеских посиделок.
– Но-о… как же… как так? Это ж невиданный успех русской артиллерийской конструкторской школы, – недоумённо вскинул брови генерал. Для него подобные заявления были весьма необычны. Сейчас в военном деле в мире царила невиданная открытость. Любые удачные конструкции сразу же перенимались всеми остальными странами и широко внедрялись. Поэтому заявление о тайне и повышенной секретности было воспринято Весселем с крайним недоумением.
– Нет! – досадливо скривившись, ещё более резко повторил бывший майор. Блин, вот ведь идиот – надо было сразу же предусмотреть что-то вроде подписки о неразглашении… – Никакой информации! Помните «секретную гаубицу» Шувалова и его же «Единороги»? Вот сейчас режим секретности ещё сильнее. – После чего резко развернулся и поспешно выдвинулся на телеграф. Надо было как можно быстрее заручиться поддержкой императора в этом вопросе. Да и Мишки тоже. Генерал-фельдцейхмейстер Российской армии в этом вопросе пусть и не главнее императора, но куда ближе к исполнителям… Ну вот почему хорошая мысля всегда опосля приходит? Впрочем, он последние годы и даже десятилетия был намного больше занят коммерческими делами, а не военными, а в них реклама – двигатель прогресса! Вот и расслабился…
Из Перми Данька выехал только через три дня. Пока связался по телеграфу с императором и Великим князем Михаилом, пока организовал массовые подписки о неразглашении с весьма строгими карами, пока набросал регламент обслуживания и наставление по подготовке расчётов – время и прошло.
Но сразу в Питер он не отправился. Поскольку время до ледостава ещё было, бывший майор решил сначала заскочить на юг, на их с Круппом заводы, посмотреть, что там и как, – он ведь там уже больше года не появлялся, и заодно предупредить и его, чтобы тот не шибко болтал. Всё-таки Альфред заезжал сюда, в Пермь, и даже умудрился высказать пару полезных мыслей. Хотя в тот момент, когда он здесь был, дела с орудием обстояли ещё совсем сыро. Экспериментальные образцы чаще взрывались, нежели стреляли успешно, а снаряды раз за разом теряли медные пояски и летели куда угодно, только не в цель…
Путешествие до Александровска заняло две недели. Он на пароходе спустился по Каме и Волге до Царицына, где сошёл на берег и по узкоколейке добрался до расположенной уже на Дону пристани рядом с хутором Калачёвским станицы Пятиизбянской, где его уже ждал очередной пароход. На нём он спустился по Дону до Ростова-на-Дону, где пришлось пересесть на лошадей, на которых он пять дней добирался до-о-о… городка Донецка! Да-да, именно в него около полутора лет назад было переименовано село Александровка. В первую очередь из-за того, что в документах регулярно случалась путаница. Потому что будущее Запорожье носило очень похожее название – Александровск, – перешедшее ему «по наследству» от Александровской крепости, с которой и началось это поселение. Да и называть селом тот населённый пункт, в который оно превратилось, было уже совсем некорректно. Три церкви, одна из которых тянула на настоящий собор, торговая площадь, мощенная булыжником, магазины, трактиры… не говоря уже о шахтах и заводах. Кроме шахт и коксохимического не так давно появился ещё и металлургический. Крупп посчитал, что так будет выгодно логистически, чтобы эшелоны с коксом и углём не шли в одну сторону загруженными, а в другую почти пустыми… Вот здесь и получился Донецк без какой бы то ни было промежуточной Юзовки. А Юз пусть другие угольные месторождения осваивает – то же Артёмовское, что на Дальнем Востоке, например. Коль всё будет развиваться так, как развивается, как раз к моменту его переезда из Англии в Россию на Дальнем Востоке точно много угля и стали потребуется…
В Донецке Даниила встретил Крупп, с которым они три дня инспектировали местные шахты… после чего был сделан вывод, что развитие угледобычи Альфред подзапустил. С чем Крупп согласился.
– Да, Даниил Николаевич, виноват, проглядел… но сами поймите: Мы же два новых завода с нуля запускаем – станкостроительный и паровых машин. Плюс расширяем верфь, а инструментальный цех разворачиваем в полноценный завод… Ну и старые производства тоже времени требуют. Так что – да, виноват, но не разорваться же.