– …И ежели требуется перевозить большие объёмы грузов с достаточно высокой скоростью, составляющей для грузовых поездов почти двадцать вёрст в час, а для пассажирских до тридцати, – столпившиеся вокруг Даниила делегаты совещания возбуждённо загудели, – то полноколейная железная дорога будет вне конкуренции. Однако некоторые направления не обеспечивают необходимых объемов грузов. Да и расстояния, на которые нужно перевезти грузы, также иногда не слишком большие – пять вёрст, десять, тридцать… Вот для таких направлений выгоднее построить не полноколейную железную дорогу, а узкоколейную. Вагоны, используемые на ней, способны перевозить до ста пятидесяти пудов, а предназначенные для неё паровозы вполне способны разгонять состав до пятнадцати вёрст в час. Чего на таких расстояниях вполне хватает. Зато… – Даниил сделал паузу, окинул присутствующих внимательным взглядом, после чего закончил: – Стоимость как самого строительства, так и подвижного и тягового состава подобной дороги составит от половины до четверти обычной, в зависимости от местности, по которой она должна будет проходить.
– О как! – удивлённо воскликнул генерал Шепелев, также участник совещания, которому после смерти заводчика Баташова перешли по наследству Выксунские заводы. – Интересно, интересно…
– А вот скажите, Даниил Николаевич… – обратилась к нему протиснувшаяся через толпу мужчин статная пожилая дама. Это была графиня Орлова-Чесменская, наследница огромного состояния своего отца, которое она щедро тратила на восстановление Юрьевского монастыря. Императору с трудом удалось оторвать её от столь богоугодного дела, и то только лишь потому, что она, кроме монастырских проблем, интересовалась ещё и коневодством. – А эту вашу узкоколейную дорогу на поля проложить можно? Ну, чтобы урожай с полей к реке вывозить… Или к току?
– Узкоколейную, пожалуй, что и нет, – ответил бывший майор. – Но это и не беда. Для этого у нас есть ещё одна дорога. Идёмте-ка за мной… – В покинутом им будущем такие дороги назывались «декавильками», но здесь их начали именовать «кронштадтками». Потому что первый комплект этих путей с вагонетками (вагонами их подвижной состав именовать, пожалуй, не стоило) прямым распоряжением императора был поставлен на форты Кронштадта. Для подвозки к орудиям бомб и пороховых зарядов.
– Вот, посмотрите. – Даниил указал на полностью металлическую рельсо-шпальную решётку, уложенную прямо на земляной пол пакгауза, в котором была развёрнута выставка. Последний месяц осени не сильно располагал к устройству экспозиции на открытом воздухе… Поверх неё был представлен и короткий состав из вместительных вагонеток. – Эта дорога укладывается на более-менее ровную поверхность буквально за один-два дня, в зависимости от того, какой длины пути потребуются, либо чуть дольше, если поверхность нужно ровнять и подсыпать. После чего вполне себе эксплуатируется сколько надобно. Месяц – так месяц, год – так год, больше – так и больше. А потом снимается и укладывается в другое нужное место.
– А для неё тоже эти… паровозы надобны?
Даниил улыбнулся.
– Да нет, Ваше Сиятельство, здесь достаточно гужевой тяги. Видите – на головном вагоне дышла. И конструкция у них быстросъёмная. Так что их можно очень просто перекинуть на задний вагон, после чего перезапрячь лошадей и отправить состав вагонеток обратно. Но можно и руками толкать. Только в этом случае загружать вагонетки нужно поменьше. Иначе при любом подъёме или спуске – замучаются толкать или притормаживать.