— Вы все слышали? — спросил я в нее.
Я зафиксировал кнопку вызова во включенном состоянии еще на подходе к неисправному датчику, чтобы друзья могли среагировать в случае необдуманных действий Томаша. Благо, он не стал нападать, а то мог бы, чтобы списать мою гибель на внезапное нападение. Я бы так и поступил. Интересно, почему он не стал? Может, видел меня в действии и решил, что со своим потенциалом и всего двумя специализациями не справится даже при внезапном нападении? Кто знает, что у него в голове.
— Да, хорошо, что меня там не было — не сдержался бы и набил лицо, — фыркнул Олег. — А ты молодец, отличная игра.
— Проверь, он точно не идет за тобой? — посоветовал осторожный Егор.
— Вроде нет, но он земельник, мало ли, что придумает, — заразился осторожностью и я. — Побегу дальше. Вечером выйду на связь.
— Удачи.
И я побежал дальше.
Эвелина уже ждала меня с запасным прибором, совсем не радостная от того, что теперь он будет работать. Я взял новую кочку, но не спешил уходить — сходил в уборную, попил воды. Все ждал удобного момента поговорить с ефрейтором. А она все не уходила, буквально не сводила с меня глаз, едва в туалет за мной не пошла. Вот на пути оттуда я и поймал одного из солдат, русского, года, может, на два меня старше.
— Федор, да? — уточнил я на русском.
Он кивнул, стоя по стойке «смирно».
— Вольно. Помоги мне. Отвлеки графиню на две минуты. Чем угодно. Очень надо. Долго объяснять.
— А как же…
— Сюрприз хочу девушке сделать, — подмигнул я.
Федор понял и заулыбался.
— Сделаю в лучшем виде, ваше сиятельство, — козырнул он и побежал в комнату отдыха.
Оттуда раздались неразборчивые голоса — его виноватый и ее раздраженный. Я не стал терять времени и побежал в пультовую, где сейчас как раз дежурил ефрейтор Смирнов. При моем появлении он подскочил и начал доклад, но я остановил его на середине первого слова.
— Смирнов, государственное дело. Мне нужно, чтобы вы последили за Эве… кхмм… поручиком Фредро. Потом доложите, что она делала, пока нас с Яворским не было.
— Но…
— Вечером объясню, ефрейтор, — уже скороговоркой говорил я. — А доложишь ей, обвиню в гос. измене, понял меня?
— Так точно, ваше…
Я кивнул и вылетел из пультовой, пока Эвелина не заметила моих маневров.
— Я ушел! — крикнул ей, да и рядовому Федору, не помню фамилию.
Томаша я нашел на том же месте, где и оставил. Он бродил по выжженной поляне и пинал комья грязи. Выглядел он не самым счастливым человеком в мире. Ничего, я почти не сомневался, что пока бегал, они с Эвелиной обо всем договорились по рации на запасной волне. И вечером еще обсудят финальную версию… чего бы они там ни придумали. Мне оставалось надеяться, что ефрейтор все сделает и не попадется.
Поменять детектор труда не составило. И этим занимался я под чутким руководством «наставника». Конечно же он попытался «проверить» мою работу и незаметно отключить прибор. И конечно же я ему этого не позволил.
— Ты перепутал, этот контакт идет сюда, — поправил я и во второй раз присоединил все как надо.
— Да, верно, — неохотно признал Томаш и больше не лез, пока это не стало казаться подозрительным. — Ну все, идем, а то я тут продрог и есть уже охота.
Мы вернулись и после обеда я отвел ефрейтора Смирнова за поленницу под видом помощи ему с дровами.
— Рассказывай.
— Ох, ваше сиятельство, что же это получается-то… — начал он.
— Ты не причитай, а рассказывай, что видел, что слышал. У нас мало времени, — осадил я его.
— Ой… простите. Значит, так… — Смирнов прокашлялся и выпрямился, но я дал ему понять, что мы тут дрова рубим и грузим, чтобы в дом отнести. Теперь он говорил и складывал полешки на тачку, а я работал топором. — Вы правы были: сразу как вы ушли, она схватила чумаданчик и в лес мотанула. Я за ней. Близко подходить так-то не стал, да и по лесу ходить обучен. В общем, не заметила она меня. Гляжу, она чумодан открыла и копошиться в нем начала. Щелчки раздались, свистки всякие. А еще она веточки на земле выложила и от них чтой-та темное потянулось, ну магия. Понимаю, что рация это. Волшебная. Ну, думаю, ежели она сейчас доложит об починке, то это ж нехорошо будет. Вы ж не затем ее чинили. Ну я и пугнул ее. Она дернулась, собрала все и обратно побежала.
— Чемодан она из своей комнаты взяла?
— Агась. Эм… Так…
— Да понял я. Тебя звать-то как?
— Иван Алексеич, — удивился он, явно не привык к таким вопросам.