— Ты же не отдаться мне пришла, какой смысл медлить? — усмехнулся я. — Скажи хоть, кто тебя послал.
— Еще чего, — чувственно рассмеялась она. — Всегда есть шанс, что ты меня одолеешь, тогда я подведу их. А в случае моей победы, мертвому эта информация без надобности. А теперь и правда, давай начнем.
Я успел подумать, что ей логичнее было бы нападать неожиданно, так больше шансов. К тому же суккубы так и поступают. Значит, ей приказали. И тем самым отправили на смерть. Разменяли как Анжея? Почерк один. Во что же мы влипли? Снова.
Но все потом, а сейчас в меня полетел классический огненный шар. Я увернулся и ответил веером темных лезвий. Она скрылась за деревом.
— Ты с огнем не очень играй, а то Леший придет, по мозгам надает, — с насмешкой заметил я и постарался окружить суккуба щитом, прижать ее к дереву.
Увы, ее там уже не было.
— А если мы договорились? — раздался ее голос слева.
Я кинул туда еще порцию лезвий.
— На лесной пожар? Вряд ли, — фыркнул я и перекатился за дерево. Прислушался.
Из темноты раздалось шипение — задел. Но не успел порадоваться, как услышал хлопанье крыльев и увидел суккуба. Она летела ко мне с хлыстом, сотканным из тьмы.
Раздался щелчок. От коры дерева отлетели щепки. Пришлось мне отскакивать. Еще щелчок. Благо я успел выставить щит, но он разлетелся, такой силы был удар. Еще щит. И… нет, хватит. К тому же она подходила. При следующем замахе суккуба я телепортировался. И ощутил горячую струйку на правой щеке. Успела таки задеть у су… ккуб. Но не до переживаний о внешности. Она потеряла меня, надо этим воспользоваться.
Я развернулся и выпустил целую тучу темных игл широкой полосой в ту сторону, где она только что стояла. Ответом мне был болезненный стон. И… Тишина.
Где же она? Я снова спрятался за деревом и закрутил головой. Осторожно выглянул… и волосы на затылке зашевелились. Я резко развернулся.
— Ку-ку, мой мальчик. — Как она оказалась у меня за спиной, я не понял.
Вся окровавленная, суккуб ударила когтями наотмашь по груди. Увернуться я не мог — за спиной дерево, по бокам крылья. Перед глазами все поплыло. Ну что ж… Пальцы мои задвигались так быстро, как, пожалуй, еще никогда в жизни, ни в этой, ни в прошлой.
Треба. Сила. Крада. Активация.
Сквозь пелену я увидел, как выражение триумфа на красивом и жестоком лице суккуба сменяется удивлением, потом болью. Алые губы открываются, она хочет что-то сказать. Мы оба опускаем глаза и видим как растворяется в тенях темное лезвие, что разделило ее соблазнительное тело на две половины в районе пупка. Верхняя половина уже начала съезжать в сторону.
— Это… ничего не изменит. Тебе не… победить… в этот… раз… твои друзья уже… — Она пыталась договорить уже на земле, но на середине фразы рассыпалась пеплом сначала верхняя половина тела, потом нижняя.
По стволу дерева я сполз на землю и посмотрел на рану. Суккуб разрубила ребра, кровь текла даже не ручьем, а полноводной рекой. Так не выжить.
— Леший, — позвал я шепотом из последних сил. — Дядька, помоги…
И отключился.
Очнулся я от того, что на лице лежит что-то влажное и ароматное. Пахло бы приятно, если бы не такая большая концентрация. Я разобрал несколько лечебных травок, но на этом обоняние попрощалось.
— Ну все, он сдох? — услышал я полный надежды мяв.
Снимать с лица тряпку или хоть как-то еще шевелиться резко расхотелось. Я прислушался.
— Нет, — последовал строгий ответ женщины.
Я постарался дышать ровно и неглубоко. Женщину я узнал, это местная Баба Яга. Второй, логично, что ее Баюн. Но с какого рожна он хочет меня слопать⁈ За полгода я общался с Ягой всего раза три и ни разу не видел ее котика. И вот сюрприз.
— А сейчас?
— Нет.
— А теперь?
— Уймись, Треф, — прикрикнула женщина, теряя терпение. — Ты знаешь, что теперь его смерть нам не выгодна.
— Но я ни разу не пробовал Темных. Может, хоть руку? Или палец, — заканючил кот.
— Хочешь, чтобы и тебя какая-то сучка рогатая разодрала?
— Скучная ты, — мявкнул Баюн. — Если он очнется, он же и меня оседлает. Мне Мотя рассказывал. А я…
— Я тебе усы бантиком завяжу, — процедил я и все же стянул тряпку с лица.
Как и ожидал, я лежал на лавке в избушке Бабы Яги. Она, не сильно старая, лет на шестьдесят, самая обычная бабуля, стояла у стола и перетирала что-то в ступке. Рядом сидел черный кот, тоже самый обычный, только крупный, и с интересом смотрел на меня желтыми глазищами. От моих слов он прижил уши к голове и переступил лапками.