Роман не стал подниматься и осмотрелся. Демонов оставалось все меньше, но и защитников леса тоже. Надо было что-то срочно придумать, пока их всех тут не положили. В поле зрения мелькнул Бестужев и идея пришла. Только опасная.
— Егор! — окликнул он. — Синергия. Иначе ляжем.
Егор устало кивнул, увернулся от очередной когтистой лапы, захлестнул шею ее обладателя лозой и дернул. Раздался сухой хруст позвонков и рогатый упал с головой, повернутой на сто восемьдесят градусов. После этого Бестужев подошел к Роме.
— Берись за левую руку, все равно я ее не подниму сейчас.
— С ума сошел? Если магия пройдет через рану, останешься без руки, — проворчал Егор и быстро начертил несколько рун. След от когтей затянулся, но боль не ушла. — Так больше шансов. Рука слушается?
— Да. Спасибо.
— Тогда черти ей.
Ушаков кивнул и друзья положили руки на плечи друг друга. На счет раз-два начертили руны и тем самым объединили магические потоки, почти став одним целым.
— Темная лоза? — уточнил Егор.
Роман кивнул и они синхронно, уже без счета чувствуя намерения друг друга, начали чертить руны.
Воздух завибрировал вокруг них, с земли поднялись лозы, которых еще мгновение назад там было, всего около десятка. Сотканные, казалось, из самой тьмы, они понеслись к демонам с невероятной скоростью.
Никто не увернулся. Через несколько секунд бой стих. Егор и Роман разорвали связь и тяжело опустились на землю. Ушаков осмотрелся.
Из девятнадцати солдат на ногах осталось пятеро. Еще семеро лежали раненые. Эвелина неловко привалилась под деревом и зажимала живот окровавленными руками. Томаш, весь в крови и изорванной одежде стоял неподалеку.
Егор тоже увидел графиню и со стоном поднялся, качаясь словно пьяный, подошел к ней. Убрал руки от раны и начертил руны — только чтобы выжила, понял Роман, иначе упадет с опустошением. После объединения магий сил итак оставалось мало.
— Здесь справились, — произнесло ближайшее дерево и все вздрогнули от неожиданного проявления Лешего. — Но в Нави дела плохи.
— У нас тоже дела плохи. Уйти мы туда можем, но только для того, чтобы сразу умереть, — мрачно ответил Роман. — Нам бы до базы добраться.
— Вижу, что плохи дела. Потому на базу вам нельзя. Демоны там.
— Да что же за день такой, — простонал Томаш.
— Подождите немного. Сейчас их выгонят. А пока отдыхайте.
— Спасибо, дядька Леший, — слабо улыбнулся Роман и лег на землю, использовав корень вместо подушки.
Глава 23
Им пришлось отступить на второй рубеж обороны. Сначала объединенные силы людей и нелюдей приняли бой на нейтральной территории, но демонов оказалось слишком много. А Инеистые великаны подпирали с северных флангов. Кощей отправился во главе стаи Горынычей с ними разбираться, но в итоге только обеспечил отход основным войскам.
Невероятно, но все произошло за каких-то жалких десять минут. И вот барон Корф уже сам вступил в бой, прикрывая своих подчиненных от горгулий. Проклятые каменные твари летали быстрее, чем бегает человек, и пытались сверху насадить чародеев на копья. Спасали щиты и благословения на ускоренный бег и улучшенную ловкость.
В момент краткой передышки барон осмотрелся. Они забежали в небольшую рощицу еще живую, но дыхание Ада здесь уже ощущалось. Это ж они так и до Щецина отступят. Надо во что бы то ни стало вернуть эти земли.
Вот только Иван Антонович видел, с какой неохотой некоторые нелюди идут в бой и выполняют приказы своего царя. Почему они вдруг пошли против своих?
От созерцания его отвлек низкий гул сзади и сверху. Корф обернулся и увидел новых демонов, более сильных. Они летели на высоте метров десять и выпускали по отступающим чародеям шарами черно-фиолетового пламени размером с человеческую голову — это они гудели.
Люди успели перегруппироваться и теперь одни ставили щиты, другие отвечали демонам заклинаниями всех стихий. Вверх летели молнии, огонь, лед. Особенно не нравились крылатым тварям сгустки и копья света.
Барон прикрыл двоих чародеев и упыря щитом и увернулся от демонического пламени. Раз, другой. Еще! Неужели в него бьют прицельно?
Двоих демонов сбили. Трети улетел. Рядом вскрикнул какой-то парень. Корф повернулся. Поставил над ним щит.
Рядом загудело. Он успел повернуться. Но лишь для того, чтобы увидеть, как в него летит черно-фиолетовый шар.
«Какой большой», успел подумать Иван Антонович перед тем, как тело взорвалось болью и наступила темнота.