Преодолев этот рубеж, португальцы отважно устремились на юг, опровергая древние небылицы и отметая страх, так долго удерживающий их на пути в Индию. А еще через полвека Бартоломеу Диаш воплотил заветную мечту европейцев — обогнул мыс на самой южной оконечности Африки. Он назвал его мысом Бурь из-за ужасных штормов, которые пришлось выдержать, огибая его. Но король дал этому мысу другое, приятное название — мыс Доброй Надежды, то есть надежды на то, что теперь наконец-то будет найдена морская дорога в желанную Индию. Там, верили, обнаружат загадочное «Царство пресвитера Иоанна» — святую землю обетованную и легендарную страну Офир, откуда библейский царь Соломон за три года вывез десять тонн золота, серебро и слоновую кость для храма в Иерусалиме. Несметные сокровища таинственной страны Офир много веков не давали покоя, будоражили воображение. «Золото» было тем магическим словом, которое заставляло, рискуя, преодолевать бурное, коварное море, плыть в неизвестность за несметными сокровищами.
Представления о сказочных странах, населенных фантастическими существами, отразились и в творчестве других писателей. Отелло, рассказывая венецианскому Совету о своих скитаниях, о больших пещерах и степях бесплодных, упоминает и об «антропофагах — людях с головами, что ниже плеч растут». Легенды о призрачном острове Св. Брандана вдохновляли Т. Тассо при описании садов Армиды в поэме «Освобожденный Иерусалим». Описание «индийских чудес» встречается у многих литераторов. Современники Свифта были уверены в реальном существовании тех стран и народов, о которых рассказывал капитан Гулливер. Эту уверенность разделяли и по отношению к Утопии — стране, описанной Т. Мором, и даже намечали послать миссионеров на остров Тапробана (Шри Ланка), где, кстати говоря, предполагали заодно обнаружить и город Солнца, придуманный Т. Кампанеллой.
Наряду с вымышленными, фантастическими описаниями заморских стран, выходили и подлинные. К их числу принадлежали и упоминавшиеся уже странствия Тавернье, а также записки об Индии Франсуа Бернье, французского путешественника и придворного врача индийского правителя Аурангзеба, прожившего при нем целых восемь лет до 1665 года.
Впрочем, когда Тавернье вернулся из Индии и рассказал в своей книге о несметных сокровищах Голконды, ему никто не поверил. Так и прослыл бы он фантазером, если бы не продал за 250 тысяч ливров Людовику XIV голубой бриллиант неслыханной величины и красоты, добытый в копях Голконды.
После этого не было оснований не верить Тавернье, что он видел в Голконде бриллиант «Великий Могол» весом 280 каратов (1 карат = 0,2), описанный им в книге.
Этот камень, как полагают, был извлечен из земли в Коллурских копях, неподалеку от Голконды, около 1650 года, то есть при Шах-Джехане, пятом императоре из династии Великих Моголов. Сын этого правителя и его преемник с 1658 года по имени Аурангзеб продемонстрировал этот бриллиант Тавернье. В своей книге он пишет: «1 ноября 1665 года я пришел во дворец, чтобы попрощаться с королем. Он прислал мне записку, в которой сообщал о своем нежелании прощаться со мной без того, чтобы я не осмотрел его драгоценные камни. Рано утром на следующий день ко мне пожаловали пять или шесть офицеров от набоба Джафера-хана, чтобы проводить меня к королю. Когда я прибыл во дворец, то два хранителя королевских сокровищ проводили меня к Его величеству. После обычных в таких случаях продолжительных приветствий они отвели меня в комнату, в самом дальнем конце которой восседал на своем троне король. В комнате находился также Акель-хан, главный хранитель королевских сокровищ. Увидев меня, он отослал четверых евнухов за драгоценностями. Они вернулись с двумя лаковыми подносами с изображением золотого цветка. Подносы были покрыты маленькими накидками из красного и зеленого бархата. Перебрав несколько раз драгоценности и пересчитав их, три писца составили тут же их полное описание…»
Первым бриллиантом, который Акель-хан предложил Тавернье рассмотреть, был большой камень, ограненный розой (вид огранки) и имеющий форму половинки разрезанного яйца. На нижней стороне он заметил легкую трещину и желтый изъян в нем. Но в общем это был бриллиант отличной воды, весом 319,5 рати, что составляет 280 каратов, «Я узнал, — пишет далее Тавернье, — что этот камень подарил Шах-Джехану переметнувшийся к нему и предавший своего господина короля Голконды Мир-Джумла. Но тогда это был необработанный камень весом в 787 каратов и в нем было несколько изъянов».