На утро следующего дня я проснулся рывком. Верчу головой и обнаруживаю себя не в палате, а в коридоре. Что за…
Встаю на ноги смотрю, в коридорах прохода нет. Всё лежат раненные, забинтованные. Мимо проходит медсестра и я оставив её, спрашиваю что с прорывом.
Она поджимает губы, а затем говорит:
— Закрыли прорыв. — из её глаз точно побегут слезы. — Три часа назад закрыли.
И убежала.
Смотрю на часы, без шестнадцати девять. Я что-ли, с вчерашнего дня проспал до сегодняшнего времени? Это что мне там вкололи?
— Здравствуйте всем! С вами утренний радиоэфир Весник Москвы! — я слышу голос по радио. Ищу его взглядом, но нигде не нахожу. — Сегодня утром был закрыт радужный разлом в Иркутской губернии. Без жертв, к сожалению, не обошлось, погиб легендарный Титан Добронравов Алексей Матвеевич, спасший тысячи жизней гражданских от неминуемой гибели, отводя монстра подальше от города. К сожалению, он противостоял этому монстру совсем один, так как его подчиненные были не в состоянии что либо сделать. Сражаясь в неравный битве, он сумел заработать целых пол часа и продержаться до прихода Абсолютов. Но к сожалению, когда наш дуэт Абсолютов подошёл к нему на помошь, он был уже совсем плох. Наши целители пытались его спасти, но ничего не получилось. Поэтому, в знак уважения этого потрясающего героя, попрошу минуту тишины.
В коридое царила тишина. Я тоже стоял тихо. К-как?! Как он может быть мертв?! Я не верю! Схватившись за голову, я кричу что есть сил. Услышав крик, ко мне подбегают два врача и пытаются успокоить, но все без толку, до тех пор, пока мне в задницу не высадили шприц с каким то снотворным. Почему снотворным? Потому что я моментально обмяк и повис на их руках. Как же так? Как такое могло произойти? Что я должен был делать? Это случилось из-за меня? Из-за меня…да?
Это последние мысли, о которых я успеваю подумать, перед тем как снова впасть в бессознательное состояние.
Глава 20 — Тигр или тигрица?
"Если вы думаете, что на что-то способны, вы правы; если думаете, что у вас ничего не получится — вы тоже правы."
Генри Форд
Потеря знакомого человека — большой удар, который погружает меня в пучину депрессии. Так было раньше, также и сейчас.
Сегодня — день похорон павших героев. Погибло много Истребителей. Со всего Иркутска пришли люди, чтобы попрощаться с ними. Да что там, сам Император приехал сюда, чтобы посмертно наградить этих героев.
Я присутствовал на похоронах, слышал речь Императора и многих людей, в том числе и Степана Алексеевича. Сына, Алексея Матвеевича Добронравова.
Награждали всех Истребителей, которые сражались с этими монстрами. Наградили и меня, за то что вовремя сообщил о прорыве, Орденом Мужества. Мне пожал руку Император и я спустился с сцены.
Дальше были похороны. Когда все со всеми простились, я тоже простился с ними и ушёл. Пешком. Машины нет, из-за пауков она взорвалась, а для новой пока что мы ходили.
Когда вернулся домой, просто упал на кровать закрыв глаза. Похоже, у меня есть второй дар. Дар, притягивать неприятности. Я усмехнулся сквозь подушку. И она действует в любых мирах…
От Константина вестей не было. После той встречи мы созванивались пару раз, но тот говорил что все в порядке. Рюмянцевы пока отложили планы на наш род. У них появились более крупные проблемы, чтобы успеть нас заглотить и решить эти самые проблемы.
В усадьбе дела шли хорошо. Дед поправился, и теперь твёрдо стоит на ногах. Дядя решил все таки ехать на работу. Возможно, он уже там.
При мыслях о деде, решил все таки ему позвонить. Взял магфон и найдя его номер, позвонил. Шли гудки и через пару секунд я услышал его голос.
— Да, Дмитрий?
Голос живой, серьёзный. Такой, который я услышал в первый день моего здесь пребывания.
— Как у вас там дела? — спрашиваю я.
— Всё под контролем. Половину долга мы выплатили с твоей помощью, так что войны мы избежали.
Я молчу пару секунд.
— Дядя все таки сказал?
— Он не имеет право скрывать этот факт перед своим отцом и главой рода. — он усмехаеться. — Только вот, ты почему то скрыл.
— Я не хотел лишний раз тебя, нервировать. — немного помолчал, а затем все таки спросил. — Про то, что я стал Истребителем ты тоже знаешь?
— Я ценю твоё беспокойство. Как видишь, я жив только благодаря тебе. Про твоё становление Истом, я тоже узнал. Кстати, тебя показывали по телевизору. Нехорошо конечно получилось с Алексеем, но что поделать. Смерть на поле боя — это все, что может желать воин. Царство ему небесное.