Шардон не стал объяснять, что поймать живую крысу и научить ее бегать по заданной траектории – не такая уж и простая задача, так что как смогли, так ее и заменили. Аналогично с миской и сыром.
– Дотянуться до нее можете?
– Руки не пролезают. Вот если бы избавиться от веревок…
– Тогда ищите палку.
– Да нету здесь никакой…
Что-то деревянное ударилось о каменный пол и с характерным звуком покатилось.
– …палка, – удивился герцог, – Ножка от кровати. Она-то что тут делает, откуда взялась?
– Можем позвать наших тюремщиков и спросить, если вам так интересно.
Интерес к происхождению странного предмета у пленника сразу улетучился, и он, следуя инструкции своего собрата по несчастью, дотянулся палкой до крысы и подтащил ее к своей клетке.
– И что мне теперь с ней делать?
– У крысы в норе должна быть половинка ключа.
– В какой норе?
– Крысы обычно живут в норах.
– У меня в руках дохлая крыса, которая давно уже нигде не живет. И никаких нор я не вижу.
– Может, она сдохла, потому что съела ключ и подавилась? Тогда он будет у нее внутри.
Роберт с сомнением покрутил в руках тушку грызуна.
– А если нет? Может, она от старости померла. Или с голоду.
– Просто вскрой уже эту проклятую крысу!
– Чем?
– В матрасе должна быть заостренная ложка. И хлеб еще поищите.
– Спасибо, но мне что-то перехотелось есть.
– Это не для вас, он пригодится позже.
Больше вопросов герцог не задавал, доверившись своему напарнику по несчастью, который, похоже, действительно знал, что делает. Он выпотрошил крысу и действительно нашел внутри половинку ключа от своей клетки. Затем, следуя инструкциям, отрезал полоску ткани и привязал к ней Намагниченную подкову, которую ему перебросил из своей клетки второй «непись».
– Послушайте, любезный граф. Это все, конечно здорово, но даже освободившись – как мы сумеем выбраться из лагеря, в котором нас охраняет полсотни разбойников?
– Их всего двадцать восемь. Но об этом я как-то не подумал…
Шардонье умолк и уселся в углу своей клетки, полуприкрыв глаза.
Внезапно дверь, ведущая в комнату, где стояли клетки с пленниками, с грохотом распахнулась, и в нее кое-как вошел в стельку пьяный разбойник.
– Сидите, ик? – ухмыляясь, поинтересовался он, и тут же сам и ответил, – Конечно сидите, куда ж вы денетесь-то… А мы там пьем! Хорошее, кстати, вино у тебя было, граф. Половина моих ребят уже, ик, на ногах не стоит, а остальные и вовсе спят. И вы… – он качнулся и с трудом восстановил равновесие, – И вы тоже, ик, спите…
Хлопнула дверь.
– Господин герцог, – громким шепотом позвал Шардонье, – Мне это показалось, или он дверь на ключ так и не запер?
– Хм… А ведь я тоже не слышал, чтобы щелкнул замок.
– Выходит, у нас появился реальный шанс отсюда сбежать, пока они там празднуют нашу поимку!
– Думаю, вы правы, граф. Очень удачно к нам заглянул этот Хмурый…
– Угрюмый. Его звали Угрюмый.
– Да хоть Печальный! Что мне дальше делать-то?..
Достав вторую половинку и получив, наконец-то, целый ключ, герцог Бурвилльский выбрался из своей клетки.
– Ну, граф, приятно было познакомиться. Даже и не знаю, чтобы я без вас делал. Приятно оставаться! – помахал он прощально рукой и выскользнул за дверь, оставив Шардона в запертой клетке в гордом одиночестве…
Глава 9. Основы хитростьплетения
Герцог Бурвилльский крался среди изломанных повозок – наверняка это и был пропавший обоз простака из провинции, которого он оставил в клетке – и радовался тому, что им попался именно пивовар, а не какой-нибудь торговец шерстью или труппа бродячих артистов.
Бывший генерал никогда не был силен в искусстве шпионажа или в воровских дисциплинах, но среди мертвецки пьяных разбойников даже он сумел пробраться незамеченным и неуслышанным…
– Погода нынче чудесная, не правда ли, герцог? – услышал он позади голос.
– Д-да.
– Ну, раз ты надышался, то изволь пожаловать обратно в свои покои… – или как там у вас, благородных господинов, говорится? – с издевкой продолжил главарь.
Зато герцог Бурвилльский был прекрасным воином, и его уровень был значительно выше, чем у атамана. Даже голыми руками при такой разнице он управится без труда. Беглец огляделся по сторонам в поисках чего-нибудь, что система разрешила бы использовать в качестве оружия – для этого годилась далеко не каждая палка или предмет мебели.
– Значит, по-хорошему не хочешь, – верно истолковал поведение пленника и крикнул, – Подъем, братва! Господин герцог изволит быть избитым, униженным и в мешок засунутым…