– Вы добыли информацию, которую я просил?
– И даже больше, братан! – криво ухмыльнулся Шэдоу, – Ты в натуре крышей поедешь!
На стол легла пухлая папка.
Граф протянул руку и легонько коснулся ее, переписывая содержимое в свою базу данных. Несмотря на внешний вид, информации о герцоге там оказалось мало, очень мало. Рост, вес, пол, возраст, уровень, цвет глаз, примерное значение базовых параметров, любимые цвета и так далее. Вся действительно полезная информация уместилась буквально в пару строчек:
Характер: необщительный, склонен к уединению и затворничеству.
Увлечения: искусство – живопись, скульптура, гобелены.
– И по какой именно причине я должен испытывать крайнюю степень радостного удивления?
– Чего?! – не понял Шардона «непись», передавший ему документ.
– Ты сказал что я, цитирую, «крышей поеду». Вот мне и интересно, что именно среди этих записей должно было вызвать такие бурные проявления эмоций.
– Слышь, братан, что-то ты в натуре мутный какой-то… Базаришь не по-людски…
– Дарк, – второй вор успокаивающе положил руку на плечо своего приятеля, – Расслабься, может он на своем, на графском разговаривает? Хе-хе, – он коротко хохотнул, вытащил резную шкатулку из красного дерева и поставил ее на стол.
– Короче, тут тема такая. Этот герцог тащится от всякой мазни и статуй каменных. Не от простых, конечно, а собирает всякие редкости, которыми нормальный человек свое жилье захламлять не станет.
– Моя крыша все еще на месте.
– Наши кореша подсуетились и отыскали картину, на которую герцог Блюберд давно хотел наложить свои лапы, да вот только коротковаты они оказались! Если ты заявишься к нему на хату с таким подарком, то он тебя как сына родного встретит, зуб даю!
Шардон выбрал из списка эмоцию, выражавшую максимальную степень радости, чтобы не разочаровывать своих гостей.
Его грузное тело запрыгало и хаотично замахало руками, одновременно заливаясь громким жизнерадостным смехом. Длилось это безобразие ровно 30 секунд, после чего граф неподвижно замер и спокойно поинтересовался:
– Надеюсь, вас устроила эта демонстрация моих эмоций? Если нет, то я могу ее повторить.
Не дождавшись ни утвердительного, ни отрицательного ответа, Шардон открыл шкатулку и нахмурился.
– Это не очень похоже на картину. А если точнее, то этот предмет имеет не более четырех процентов подобия с тем, что называется «картиной» как образец изобразительного искусства.
– Тьфу ты! Так это и никакая не картина… – начал Даркис.
– Это намного лучше, чем картина! – перебил его Шэдоу.
– Это ключ от сокровищницы, в которой лежит нужная тебе картина!
И оба вора умолкли, глядя на Шардона и явно при этом гордясь собой.
– Хм. Если вы намерены требовать от меня за это плату, то я могу предложить вам кое-что намного лучше, чем деньги.
– И что же это?
– Ключ от сундука, в котором, возможно, деньги лежат … Вы хотя бы знаете, где эта сокровищница находится?
– А то как же! Мы уже и эту, как ее… экспедицию организовали в те места!
Даркис разложил на столе изрядно потрепанную карту, покрытую следами ожогов, жирными пятнами и многочисленными правками и приписками. Тем не менее, печальный внешний вид никак не сказывался на изображении локации, которую исправно отрисовывал игровой интерфейс – это был просто антуражный графический эффект.
– Сперва мы Тропой Теней доберемся вот до этого городка. Затем двинемся вот сюда, перевалим через этот хребет, потом вдоль во-о-он той речушки, и уже через пол дня окажемся у входа в сокровищницу!
– Итого на дорогу туда и обратно – целые сутки, – подытожил Шардон.
– И еще неизвестно, сколько мы там проваландаемся, – согласно кивнул Шэдоу.
– Только это, братан, ты не думай, что мы за тебя всю грязную работу делать будем, – подал голос Даркис, – Половина людей, бабла и снаряги – с тебя.
– И добычу делим пополам, – добавил его коллега, – Мы тебе не благотворительная организация и не церковь святого Лооха. Сколько тебе времени на сборы нужно?
– Пять часов.
– Значит, сразу после захода солнца часов у «Пивного Барона» тебя встретит наш человек и проводит к тайному месту.
– А что за человек? – поинтересовался Шардон, – Чтобы за кем другим не увязаться.
– Брагой его кличут.