Но все вместе и в контексте текущей ситуации сказанное выглядело именно так, как и воспринял пленник: его хозяин прибег к помощи наемников, чтобы обойти запрет и показать гнусным флоролюдам, по чем нынче килограмм древесного угля.
– Так что, может, поможешь нам с картой? Меня интересуют дороги и тайные тропы, поселения и укрепленные лагеря противника, минные поля и склады семян с удобрениями…
Вы хотите принять задание «Пропавший сын лесника»?
[Принять / Отклонить]
Новый скрипт: Создать.
Название: «Надоедливый лесник».
Алгоритм:
> Начало:
> если произошло событие «Новое задание» то
>> если квестодатель = «Лангрот» и название_квеста = «Пропавший сын лесника» то
>> Выполнить действие: «Отклонить задание».
> Конец
Скрипт «Надоедливый лесник»: активировать.
[Отклонить]
– А там, глядишь, может и сын твой найдется, – надавил на больное место Шардон.
– Помогу, – кивнул бородач, – Только руки развяжите. И другу моему тоже, – он мотнул головой, указывая на второго пленника, за все это время не проронившего ни слова.
Через двадцать минут в распоряжении графа оказались: подробная карта прилегающей к реке части Провинции Хангам с пометками, укрепленный Военный Лагерь с действующим бафом, и все 50 человек его личной армии в полном составе. Теперь, когда не нужны были ни разведка, ни охрана, он мог всех взять с собой в поход.
Когда находишься на вражеской территории – каждый боец на счету, уж эту-то истину военный Искусственный интеллект впитал с алгоритмами своих создателей.
Он обновил свои карты и начал анализ, намечая основные цели для ударов.
К сожалению, главной проблемой было то, что Шардон не знал, за убийство каких представителей флоролюдов он получит больше репутации с графом, поэтому придется экспериментировать.
– Одна смерть – трагедия, миллионы смертей – статистика, – подобрал он подходящую по смыслу цитату.
– Не нравится мне все это, – в традиционной ему манере пробурчал Угрюмый.
– Что именно?
– Я думал, что нас колдунская маскировка прячет, а тут вдруг эти двое нас видят.
– Это следопыт и лесник. Они мастера в обнаружении следов и тех, кто пытается скрыться. И уровень у них побольше, чем у наших магов…
– Так-то оно так, – вздохнул министр обороны, – Только все одно неспокойно мне.
Генерал оказался прав – или его интуиция – отряд еще не успел выдвинуться в путь, как произошло первое нападение на лагерь. Военный ИскИн не учел один простой фактор: его лагерь находился на поляне неподалеку от леса, а значит, вокруг было полно растений.
Среди которых тоже могли оказаться (и оказались!) вражеские шпионы – не зря эта область графства Бурье была совершенно безлюдна…
Так что неудивительно, что когда войско Шардона наконец-то отправилось в поход во всем своем скромном великолепии, то они угодили в засаду. И враг был прекрасно осведомлен и о численности, и о силе вторгнувшихся в их земли воинов, выставив вдвое больше. И это были не медлительные и легковоспламеняющиеся флоролюды, а закованные в броню наемники, вооруженные не только длинными копьями, но и арбалетами.
Они встретили отряд графа, перекрыв лесную тропу, встав непроницаемой стеной щитов, ощетинившейся копьями.
– Командир! – испуганно закричал Угрюмый, когда вылетевшие из-за щитов болты ударили в грудь Шардона.
Тот рухнул с лошади, словно плохо привязанный тюк соломы с повозки.
– Пасть пор-рву! Мор-ргала выколю! – заорал генерал-министр подслушанную у графа кричалку, отправляя войска в атаку и бросаясь вперед.
– Идиот! – схватил его за ногу «покойник», – Вся наша жизнь это очередь за смертью, но это не значит, что нужно лезть без очереди! Подохнуть захотел? Труби отступление на позицию «пять»!
– Живо-о-ой! Эх, а я уже половину надгробной речи придумать успел – только за зря извилинами ворочал… А они у меня и без того уже устамшие…
Обрадованный Угрюмый даже в чудесном спасении командира ухитрился отыскать пресловутую «ложку дегтя». Но, тем не менее, приказ исполнил в точности, и войско Шардона начало отступать. Причем панически, оставляя за собой обломанные клинки, расколотые щиты, окровавленные бинты и прочий мусор, запасенный заранее и теперь вываливаемый из инвентарей.