— Брат предателя и спаситель рода в одном лице, — протянул он. — Не думал, что вылезешь из норы. Тебе бы сидеть и грехи замаливать.
Как же в этот момент зачесались кулаки! В Преисподней принято за такое бить лицо. Но я тут, к тому же аристократ и должен улаживать подобные конфликты словами. Мордобой равносилен признанию слабости.
— С чего бы? — выгнул я бровь — научился-таки у Кощея. — Все случилось до моего рождения.
— Яблочко от яблоньки. Слышал такое выражение?
— Конечно. Только для того, чтобы оно сработало, яблочко должно оставаться возле яблоньки. Меня же воспитывали совсем другие плодовые деревья, — невозмутимо сказал я. — А вот хамство девушкам — штука недостойная мужчины любого сословия.
— Я князь Юсупов. И сам буду решать как и с кем мне говорить, — надменно заявил долговязый.
— Княжич Даниил, полагаю, — улыбнулся я с холодной вежливостью. — Пример простому люду надо показывать, иначе решат, что питерское дворянство сплошь невоспитанное хамье. Извинитесь перед дамами, сударь. Уважение вещь хрупкая — понадобиться, а его нет.
— Мне не требуется уважение такого как ты, — презрительно скривил он губы.
— О, нет-нет, я не про себя, — рассмеялся я непринужденно. — Я про девушек.
Он собрался сказать еще что-то нелицеприятное. Я подумал, что надо бы напомнить о школах магии девушек — опасно иметь таких врагами. Но Даня понял сам, судя по быстрому взгляду на их значки. Не дурак, значит. А я нажил недруга еще до начала занятий. Ну что ж, будет интересно.
— Это было грубо с моей стороны, приношу извинения, — сказал он медленно, словно произносил незнакомые или давно забытые слова.
— Извинения приняты, — снисходительно кивнула брюнетка.
Рыжая кивнула. Я повернулся к кузену, а то как-то тихо. Оказалось, что он с приятелем Юсупова отошел и о чем-то беседует. Странно, что блондин оставил друга разбираться самостоятельно. Или Леха его отвлек?
Юсупов ему что-то тихо сказал, блондин кивнул и ушел следом за приятелем. Мы остались одни с девушками.
— Благодарю, граф. Не ожидала такой наглости от князя, — поблагодарила брюнетка и протянула ручку. — Екатерина Куракина.
— Ваша светлость, — галантно склонил я голову и поцеловал ей руку.
— Оксана Платова, — повторила за подругой рыжая.
— Графиня, ваше сиятельство, — повторил я свой жест.
Кузен последовал моему примеру.
— Ой, будет вам, — рассмеялась княжна Екатерина. — Нам вместе учиться четыре года, обойдемся без светских формальностей.
— Может, еще и на «ты»? — предложил Алексей.
— Конечно, — просияла Оксана.
— Что же он такого сказал? — полюбопытствовал я.
— Что здесь скучно, а в его люксе интереснее, — сморщила носик Оксана.
— Даниил решил, что мы из бедных провинциальных дворян, раз надели форму, — добавила Екатерина со смешком. — А мы просто решили привыкнуть к обновкам.
— Они не видели, из какого материала она сделана? — удивился я и кивнул на пиджак из дорогой ткани.
— Не разбирается или не обратил внимания, — равнодушно пожала она плечами, давая понять, что тема исчерпана.
— Так откуда вы? — сменил я русло разговора.
— Из Пскова, — хитро улыбнулась Екатерина.
— Не такая уж и провинция, — пожал плечами кузен.
— Мы проезжали там пару лет назад по пути в Карелию, — припомнил я. — Красивый древний город. И развивается. Не так далеко от Питера. Я бы не назвал его провинцией. И институты там сильные.
Простой люд и аморфы учились в разнообразных институтах по всей империи, а вот магам отводился всего один университет на северо-западе от столицы. Одного хватало — нас не так уж и много.
— Юсуповы те еще снобы. Хуже только Голицыны и Шереметевы. Тоже мне, белая кость, голубая кровь, — фыркнула Оксана. — А приятель его, князь Деев, представился и больше ни слова не сказал.
— Древнейшие роды России, — с сарказмом протянул я. — Ну да и лешие бы с ними. Что будете пить?
— А что вы пьете? — уточнила Екатерина.
Алексей сказал названия.
— Алкоголь? — удивилась она.
— Мы пришли к соглашению, — заговорщицким тоном ответил я. — Бармен по опыту знает, что алкоголь мы все равно найдем, так лучше выпьем один-два бокала у него под присмотром, чем тихо накидаемся где-то в другом месте и устроим пьяный дебош.
— И что же вам помешает продолжить в этом «другом месте» после легально выпитого тут? — рассмеялась Екатерина.
— Слово дворянина, разумеется. Я не намерен его нарушать, — серьезно добавил я.
— Это… редкость в наше время, — удивилась она и посмотрела с уважением.