— Потому что мог справиться сам, Антон Владимирович. Через четыре года я окажусь на границе, вряд ли сослуживцы оценят привычку кричать «помогите» при каждом удобном случае, — ответил я и мысленно поморщился. Правильный ответ правильного студента, но не говорить же, что демоны не бегают от драки.
— Похвально. Всем бы тут такое рвение, — растаял ректор.
— Простите, но, может, я пойду на занятия?
— Не понимаете, почему ждете профессора Ягужинскую вместе со мной? — усмехнулся он и поднял со стола сабли. — Из-за этого.
— Я понимаю, что использовал ограждение. Но и что?
В кабинет вошла очаровательная женщина. Я бы не да ей больше тридцати пяти. Каштановые с рыжинкой волосы свободно падали на спину, преподавательский пиджак выгодно подчеркивал женственные формы, но серые глаза смотрели строго, красиво очерченные губы недовольно сжимались. Пришлось напомнить себе, что я для нее еще ребенок. Спокойно.
— Я надеюсь, меня вызвали с лекции по действительно уважительной причине. — Ее голос обволакивал медом.
— Смотрите сами, Мария Викторовна. Это сотворил первокурсник.
На всякий случай я сложил руки перед собой в позе непробитого пенальти, так опасался, что тело подведет и опозорит меня.
А профессор подплыла к столу и с интересом осмотрела злополучные сабли. Провела над ними рукой, начертала неизвестное мне заклинание, покачала головой и положила на место.
— Сильно. Это надо было додуматься еще — одной руной, — озадаченно резюмировала она. — Что же, молодой человек, вам придется менять свои планы по специализациям.
— Не понял, — нахмурился я.
— Вы вскрыли ограждение. Какие бы ветки вы ни планировали еще, придется от чего-то отказаться.
Глава 7
Вперед, к знаниям
Наши взгляды встретились. Я увидел в ее глазах сочувствие и… интерес? Вот только женский или профессиональный? Не хотелось бы ошибиться. С другой стороны, связи с преподом мне точно не надо. Потребность молодого тела удовлетворю студентками и девчонками в городе на выходных. А вот с преподом связь обязывает — она же захочет верности, а это не в моих силах. Плюсом не хотелось бы случайно назвать ее «Марусей» на уроке.
Так, что-то я отвлекся — защитная реакция? Что я там вскрыл? От чего отказываться?
Взгляд снова упал на сабли и до меня дошло. Я знал, что использую заклинание ограждения, но не думал, что его уровень окажется достаточным для разблокирования всей ветки. Так-так, спокойно, Димон, спокойно. Вот жеж, дошел, теперь себя и мысленно называю местным именем, а всего-то семнадцать лет прошло. Стоп, не отвлекаться!
— Я понимаю, это неожиданно и ломает вам планы, Дмитрий, — мягко вклинился в мои мысли ректор. Видимо, молчание затянулось. — Но уже как случилось. Какие специализации вы выбрали изначально?
— Телепортацию, иллюзию, снохождение, — механически ответил я. — Телепортация разблокирована.
— Какой интересный набор, — удивилась Мария Викторовна. — Но придется выбирать, граф.
— Значит, проживу без снохождения, — принял я решение.
Это был не самый сложный выбор. Будучи демоном действия, я изначально выбирал активные специализации, а довольно пассивное снохождение взял как альтернативу опасной псионике. К тому же не до конца принял необходимость его изучения. Потому и сейчас легко от него отказался. Кощей, вероятно, будет в ярости, но… как случилось.
Антон Владимирович снял три журнала со стеллажа и начал листать, пока не нашел нужные страницы в каждом.
— Получается, теперь у вас телепортация, иллюзии и ограждение, — пробормотал он, зачеркивая и вписывая.
— Вы первый темный с магией ограждения за три года, Дмитрий, — заметила профессор Ягужинская. — Это будет интересно. Впишите графа в мою группу, Антон Владимирович.
— Конечно, я так и собирался, Машенька, — пробормотал он, вычеркивая и записывая вновь. Лицо «Машеньки» стало каменным. — Кхм… Мария Викторовна.
Интересно, усмехнулся я мысленно. Это они просто между собой так общаются или тут что-то еще? Если второе, я в безопасности.
— У темных чародеев ограждение интересное, — как ни в чем не бывало продолжила она. — Нужен тщательный подбор рун. Вы же понимаете, что некоторые для вас закрыты, Дмитрий?
О, проверку я чуял издалека.
— Почему же? — изобразил я удивление. — Темная магия не есть зло. Важно намерение, а оно может быть недобрым и у светлого чародея.
— Молодец, — похвалил ректор, захлопывая журналы. — Все. Я не стал никого переводить из вашей группы.