Я остановился на варианте, где мировые религии не смогли уничтожить древние верования до конца. Более того, местные Ад и Рай вполне реальны, как реальны Аид, Хельхейм, Диюй, Дуат, Навь и прочие. И старые боги там сохранили силы, но только в Подмире, как тут называют чудесный мир. Плюс к этому магия. О, какой винегрет! Да, хочу! И вот в то тело. Начну с этого маленького княжества, потом небольшие области рядом. А к тому моменту, как мои действия привлекут внимание правителей более сильных держав, уже будет поздно — я стану слишком силен. Тем более у рода вкусная магия крови.
— Сюда? — заметил мой интерес Владыка. — Многие пытались, но никому этот орешек еще не поддался. Но если хочешь, хорошо. Лети.
Я окончательно потерял контроль над телом. Оно упало, а мой дух отделился и начал медленно подниматься. В последний раз я смотрел на величественный замок моего рода, на склоненных младших демонов, на свою бывшую, льнущую к Верховному Владыке Преисподней.
— Милый, так ведь не интересно, — капризно сказала она. — Ты ведь сказал выбрать мир, а не тело. В этом ему будет слишком просто. Ты его в ссылку отправляешь или на вечный курорт?
— Ах ты стерва! — крикнул я, но они, кажется, не услышали. Или сделали вид.
— И что ты предлагаешь? — спросил Владыка. — Запихнуть его в тело крестьянина?
— Дура! — кричал или пытался кричать я. — Он попользуется тобой и тоже сошлет!
— Нет, так у него точно не будет шансов. Я предлагаю…
Продолжения я не слышал. Тьма поглотила меня. Неужели, они меня обманули и просто развоплотили?
Вдруг появились звуки, невнятные и далекие, будто сквозь толщу воды. Следующим пришло ощущение тела, но какое-то странное. Видел я тоже неясно, словно бы не в фокусе. Попробовал пошевелиться. Получилось только покрутить головой, да и то совсем чуть-чуть. Скосил глаза… Ага, вблизи удалось что-то рассмотреть! Что-то белое с пошло-голубым узором. Да что тут происходит?
— Эй! — позвал я, но с удивление услышал только кряхтение.
— Помогите? — неуверенно попробовал снова. В этот раз раздался плач. Детский.
— Тише-тише, деточка, — услышал я ласковый женский голос и нежное прикосновение к голове.
Какая я вам «деточка», хотел завопить я, но тут понял все. Меня отправили в тело младенца, судя по ощущениям, только что родившегося. В выбранном мной роду младенцев не было, значит, это какая-то другая семья, возможно даже и страна не та. Спасибо хоть понимание языка оставили. Кстати, надо послушать.
Звучал речитатив заклинания. Кажется, надо мной проводили какой-то ритуал и он подходил к концу. Женские пальцы продолжали поглаживать меня по голове — приятно и унизительно одновременно. Я могущественный демон… был им, а тут. Уф, продолжайте, сударыня, а я еще послушаю. Но отзвучали последние строчки и воцарилась тишина. Кажется, присутствующие чего-то ждали.
— Ну? — спросила с надеждой женщина.
— И он аморфный, — с сожалением ответил мужчина. — Он был последней надеждой семьи.
— И его сиятельство погибли. Пропал род Татищевых, — всхлипнула женщина.
Что? Какой я аморфный? Неужели меня запихнули в никчемное тело⁈ А ну пустите меня! Я начал трепыхаться в пеленках, готовый взорваться от ярости. И никакие «что ты, что ты» не останавливали.
И снова меня накрыла темнота. Они передумали и возвращают домой? Но нет, надежда угасла столь же быстро, как и появилась. Тело я продолжал ощущать, как и слышать голоса, сначала удивленные, потом радостные, затем растерянные. И зрение вернулось.
— Тьма? — Казалось, женщина не знала, радоваться или бояться. — Но в их семье сроду не было темных магов. И у Демидовых не было. Все больше лекари да лесовики.
— Тьма, свет, цветочки, зверушки, — проворчал мужчина. — Какая разница, главное, что не аморфный и род не потеряет титул и земли.
— И то верно. Ох, пойду ее сиятельство обрадую, — встрепенулась женщина и исчезла.
Ага. Это была не родительница. И я в России. В Российской Империи, если быть точным — сюда я наведывался прежде не раз, потому и язык знаю. В семье, которая почти загнулась. Так мне еще и из низов подниматься теперь. Еще и расти с младенчества, еще и без отца. Хотя мог оказаться в теле молодого князя Цепеша и уже через год иметь армию, способную захватить Европу! Ох, Гарна, вот вернусь, поплачешь у меня. Я тебя…