— Может, он вел дела с твоим отцом? — предположил Егор.
— Даже если и так, я тут каким боком? Отец пропал за месяц до моего рождения.
— Можно спросить у графа Апраксина, они же дружили, — предложил Виктор.
— И втянуть еще и его во все это? — сморщил я нос. — К тому же сейчас Павел Андреевич в Южной Конфедерации Америки с дип. миссией — не дозвониться.
— Еще и за ним следить теперь, — возвел глаза к потолку Роман.
— Судя по всему, это он за нами следит, — улыбнулся Святослав. Вчера мы рассказали ему и Ольге все подробности.
— И что же делать? — насупилась Катерина.
— Продолжать, что делали. Только осторожнее. И скидывать хвост в виде Дани и компании, — выразила мою мысль Ольга. А девчонка соображает. Она все больше внушала мне уважения.
— Ты сам с отцом говорил? — уточнил я у Виктора.
— Да. Он сказал делать, что делали. Сказал, что это распоряжение императора.
— Так отец оставляет нас тут, — просиял Святослав, но тут же вернул серьезность на лицо. — В таком случае, вы наша личная гвардия на время, пока не найдут заговорщиков.
— А еще означает, что вам нельзя выходить за ворота универа, — добавил мрака Виктор.
— Если только никто не будет знать, что мы вышли, — хитро прищурилась Ольга.
— Обсудим не здесь, — ответил я.
Все согласились и продолжили поздний завтрак. А в понедельник занятия продолжились. Никто так и не узнал, что Империя едва не потеряла наследника.
Целый месяц Святослав и Ольга вели себя тише воды — просто учились, просто занимались спортом, делали домашние задания и гуляли не дальше опушки леса с кем-то из нас, их друзей и негласной охраны. И не заикались о прогулке даже в деревню. Весь ноябрь никто на них не покушался, граф Толстой тоже ничего не предпринимал и просто учил нас иллюзиям. Из Нави тоже вестей не приходило. Кощей, конечно, продолжал меня учить составлению заклинаний, но приходил реже и выглядел усталым и озадаченным.
Зато присутствие в жизни нашей компании Дани Юсупова и его приятелей возросло. Тут и там мы натыкались то на Колю Деева, что выбрал местом тренировки тот же зал, то на Мишу Меньшикова, что сел читать через стол от нас в библиотеке. А то и сам Даня гулял по аллее с Верой Голицыной недалеко от нас. Но это все ерунда — мы не делали ничего интересного, о чем можно было бы сообщить князю Юсупову.
Интересное началось через неделю. Приближался новый год, время веселья и подарков. И цесаревич с царевной загрустили. Они с тоской смотрели на студентов, что уезжали в город на часок после занятий или на субботу-воскресенье, все острее подкалывали нас, особенно Виктора, когда он отправлялся к родителям на все выходные в Москву. И о чем-то шушукались и спорили наедине, но стоило подойти, делали вид, что все в порядке. Я понимал: вопрос времени, когда они запросятся на волю. Момент настал за две недели до праздников.
— Мы все понимаем, но нам нужно купить подарки, — с места в карьер заявил Святослав, когда все мы по его просьбе собрались на крыше над моей комнатой.
— Один звонок и вам все пришлют, — выдал я заготовленный аргумент.
— Это не то, неужели ты не понимаешь, — с мольбой посмотрела на меня Ольга.
За все полтора месяца она ни разу, ни единым словом не напомнила о нашем поцелуе в лесу. Но порой я ловил на себе ее задумчивые взгляды.
— Нужно же самому посмотреть, выбрать, оплатить, — вторил Святослав сестре.
— Ты же уже придумал что-то, Дим. — Она подсела ко мне ближе, прижалась плечом. Заглянула в глаза.
Любой семнадцатилетний пацан на моем месте уже потек бы. Вот и мое тело среагировало ожидаемо. Но только мозги работали в штатном режиме. И они понимали, что императорские отпрыски все равно выберутся за подарками. Вопрос лишь в том, одни они пойдут или под нашей охраной. К тому же Ольга попала в точку — я уже придумал. Изображать разомлевшего подростка я не стал, только улыбнулся ей и кивнул, глядя в глаза. Какие же они синие, утонуть можно.
— Наверняка у них тут есть кто-то еще, кроме Толстого, кто докладывает о ваших передвижениях. И наших за одно, — начал я излагать, не отрываясь от ее глаз, но в процессе перевел взгляд на всех. — Потому они уже знают, что одни вы ходите разве что в туалет. И в своей комнате остаетесь одни, но там полная защита.
— Не тяни, Димон, — поторопил Рома. Хотя прозвучало больше как «демон». Ну-ну.
— Конечно. Это я для того, чтобы все поняли и не обижались потом, — пояснил я. — Короче. Чтобы выйти, вам нужно переодеться в кого-то из нас. При этом кто-то из нас настоящих должен остаться с теми, кто изображает вас, тут. Хотя бы один. Таким образом в город вы отправляетесь с двумя из нас. Мы уже разделялись подобным образом, так что вопросов не возникнет.