*** *** *** *** *** *** *** *** *** ***
Спала на удивление хорошо и крепко. Дома я всегда просыпалась каждые два часа, что со временем вылилось в привычку. Не сказать, чтобы я от этого страдала, но всё же от недосыпа порой валилась с ног.
Первые лучи местного светила робко коснулись земли, извещая о наступлении нового дня. Я потянулась на кровати и удовлетворённо улыбнулась. Организм успел отдохнуть и набраться сил. Стараясь сильно не шуметь, отыскала в шкафу свои джинсы и футболку. На ноги обула вчерашние тряпичные балетки, прекрасно заменившие мне домашние тапочки.
Умывшись и сделав свои дела, проведала мужа. Он, как и я, уже не спал и лежал с открытыми глазами.
— Доброе утро, дорогой. Прости, не знаю твоего имени, но надеюсь, ты будешь не против такого обращения к тебе? Так, давай-ка я тебя осмотрю.
Одернув пыльную штору, я невольно чихнула.
— Чёрт, сегодня же проведём здесь генеральную уборку! Не дело лежать больному в такой пыли!
На улице уже вовсю было светло, и того света мне было достаточно, чтобы провести тщательный осмотр. Сегодня его тело выглядело намного лучше, что даже удивительно, ведь с момента оказания врачебной помощи не прошло и суток. Исчезли покраснения и сыпь, очистились от гноя наиболее сильные места пролежней, да и мелкие почти зажили. Чудеса, да и только. Осталось уповать на то, что с такими темпами я быстро поставлю своего невольного пациента на ноги.
Осмотрев слизистые, поняла, что отёк постепенно спадает. Если и дальше так пойдёт, то дня через три можно будет постепенно пробовать давать нормальную еду.
Болтая обо всём и ни о чём конкретно, я старалась отвлечь его от того, что мне вновь приходилось делать больно. Он, конечно, мужчина, но, как показала мне практика, именно мужчины чаще всего боятся боли.
Смазав антисептиком сгиб локтя, я без труда сделала привычную мне процедуру.
— Вот и отлично! — улыбнулась я. — Сегодня капаемся как вчера. Придётся потерпеть. Слишком быстрое вливание жидкости не позволит организму правильно её применить, иными словами, мы же не хотим получить преждевременный отказ почек? Не хотим, поэтому пока лежим на спине.
Я убрала обратно в пакет присыпку и мазь, собрала мусор. Посмотрев на мужа, виновато улыбнулась.
— Ты, конечно, извини меня, но я пойду. Кушать нам никто не приготовит и не согреет воду для уборки. Ты бы знал, сколько здесь работы!
Оставив супруга лежать одного, я поспешила на кухню. Вчерашняя грязная посуда сиротливо стояла у раковины, но на данный момент меня волновала не она. Воспользовавшись чёрным ходом, я вышла на улицу и поежилась от утренней прохлады, с сожалением поняв, что новаторша из меня никакая. Загорелась идеей садоводства, а уточнить у Аннет о времени года не удосужилась. Вдруг здесь уже наступило позднее лето, а я тут со своей картошкой!
Тем не менее, я заставила себя выйти во двор и обойти дом. Ну что могу сказать: земли много, и она, судя по всему, плодородная. Только вот всё настолько заросло бурьяном, что придётся на неё выделить дней десять, если не больше. К тому же нужно осмотреть деревья, привести их в божеский вид, спилив сухостой.
На заднем дворе я обнаружила вполне крепкий сарай с небольшим запасом сена и пристройку к нему, служившую в былые времена хозблоком. Пришлось хорошенько потрудиться, прежде чем мне удалось открыть добротную дверь.
Находка меня не разочаровала. Удалось отыскать нетронутый дядюшкиными мародерами садовый инвентарь: лопаты, грабли, вилы, старые ведра, а также топор, пилу, молоток и вполне приличные гвозди. Более того, к одной из стен были прислонены вполне крепкие доски, которыми я уже вознамерилась прикрыть зияющий проем в бальном зале.
Но особую радость принесла садовая тележка. Осмотрев ее на целостность, я едва не возликовала от радости. Теперь есть на чем вывозить своего графа на прогулку. Осталось только придумать, как его в нее усадить. Но это потом, а сейчас…