Так получилось, что мои покойные родители не успели приобрести своё собственное жильё, а государство не спешило предоставить мне, как сироте, законные метры. Приходилось снимать квартиру и копить деньги на первоначальный взнос по ипотеке, а годы-то идут. Мне уже двадцать шесть лет, четыре года из которых я работаю в режиме нон-стоп.
Первым делом я забежала в аптеку, купив огромную пачку памперсов для взрослых, клеёнку, непромокаемые пелёнки и выписанные врачами лекарства. И только дойдя до дома, решила заглянуть в супермаркет, вспомнив, что ещё утром закончился хлеб, а остатки молока успели скиснуть.
Славик не утруждал себя покупкой продуктов и приготовлением горячих блюд. Ему хватало бутербродов с колбасой, яичницы, пельменей. Мне же, с моим панкреатитом, приходилось изгаляться, чтобы успеть приготовить для себя что-нибудь съестное и хоть немного поспать.
В супермаркете, как всегда, была толкучка. Набрав полную тележку продуктов и бытовых принадлежностей, я тихонько вздохнула. Вроде бы ничего такого не взяла, но всё выбранное точно займёт пакета три, если не больше. Одно радует — до дома идти буквально метров десять, а там уж как-нибудь на лифте до съёмной квартиры.
Мои прогулки не заняли много времени. На всё про всё ушло больше часа, а это значит, что домой я вернусь на пару часов пораньше. Славик в это время обычно занят извозом, и беспокоить его своими просьбами бесполезно. Ну и пусть. Приму душ, покушаю наконец нормально и завалюсь спать.
С такими мыслями я спешила к серому многоквартирному дому, в котором находилось моё временное жильё. Пакеты чувствительно оттягивали руки, казалось, вот-вот и они вывалятся из ослабевших пальцев. Шаг, второй, третий. Вот и подъезд. Устало привалившись к стенке кабины лифта, я молча наблюдала за неспешным миганием цифр на табло. Механический голос объявил о прибытии на седьмой этаж, и двери лифта наконец-то услужливо передо мной распахнулись.
Вот и ставшая за два года родной, обитая кожзамом входная дверь в мою двухкомнатную обитель. Прислонив пакеты к стене, я вставила ключ в замочную скважину и попыталась её открыть. Но не тут-то было. Ключ отчего-то не желал проворачиваться.
«Странно. Славик забыл закрыть за собой дверь?» — мелькнул в голове вопрос и тут же пропал, едва я услышала по ту сторону весёлый смех и следом за ним громкий стон.
Осторожно, стараясь не шуметь, до упора опустила ручку и приоткрыла дверь. До моего слуха сразу же донеслись стоны, раздававшиеся из спальни, вскрики и ритмичные похлопывания. Слёзы предательски потекли по щекам. Зажав ладонью рот, чтобы не закричать, я на цыпочках прошла к комнате. Теперь-то я воочию увидела подтверждение словам тёти Марины. В кровати кувыркались Славик и Юлька.
В груди сильно кольнуло, а в районе солнечного сплетения образовался пожар. Я начала задыхаться от нехватки кислорода. Боясь выдать себя, осторожно отступила и вернулась к входной двери. Прикрыла дверь и беззвучно разрыдалась.
«Тварь! Какая же он тварь!» — мысленно кричала в пустоту, не в силах сделать больше и шага.
С моих глаз будто сошла пелена, на которую я до этого времени старалась не обращать внимания. Права наша завхоз — Славик просто хорошо устроился, живя на мои деньги и на моей территории. А я по наивности и дурости просто старалась не замечать очевидного: пригрела на своей груди обычного альфонса.
«Ну, погоди у меня, паразит! Устрою я тебе весёленькую жизнь!»
В голове моментально прояснилось. Вытерев слёзы, я машинально посмотрела на дверь, заметив полные пакеты, сиротливо стоявшие у стены. Увы, но после увиденного я о них совсем забыла. Схватив пакеты, поспешила к лифту. Вот выйду на улицу, отдышусь и позвоню Славику.
Двери лифта распахнулись, и я, не глядя, нырнула в его нутро. Только вместо кабинки передо мной оказался небольшой тёмный кабинет со старинной, резной мебелью. На одном из диванов восседал неизвестный мне импозантного вида мужчина лет так пятидесяти, с холодными и безжалостными глазами, а за столом сидел неряшливого вида старик.
— Проходи! — приказал, облокотившись на подлокотник дивана, мужчина, рассматривая меня с видимым довольством.