— Ужин скоро будет готов, — отчиталась как ни в чем не бывало Аннет, стараясь разрядить напряженную обстановку, возникшую с моим приходом. — Я решила испечь сорм на углях и приготовить к нему пресные лепешки. Надеюсь, тебе понравится.
— Отлично! Я голодна так, что готова съесть даже кошку!
Малышка, прижимавшаяся все это время к матери, несмело улыбнулась, а потом и вовсе захихикала.
Решив не откладывать разговор на завтрашний день, я пригласила Лисану в дом под предлогом необходимости накрыть на стол. Женщина согласно кивнула и, отстранив от себя девочку, поспешила выполнить мое указание.
Вопреки своим предположениям, я нашла ее суетящейся не на кухне, а в столовой, видимо, решив, что мы принимаем пищу здесь.
— Лисана! — окликнула я ее. — Не суетись понапрасну в столовой. Нас мало, и мы все прекрасно уместимся за кухонным столом.
— Но как же… — растерянно запнулась на полуслове. — Вы будете есть за одним столом с нами?
— Конечно! И поверь, я не вижу ничего в этом предрассудительного. А теперь давай вернемся на кухню и поговорим.
Подала ей пример, выйдя из столовой первой. Я хоть и графиня, но в последнее время мне до жути хочется оказаться в шумной компании. К тому же после выздоровления Дэнея мне придется играть совсем иную роль, нежели сейчас.
— Проходи, Лисана, — пропустила женщину вперед. — Присаживайся.
Женщина молча прошла вперед и уселась за пустой стол. Ее глаза метались из стороны в сторону, а дыхание было частым и поверхностным.
«Блин! Вот не умею я быть благородной! Напугала бедняжку, да так, что она и места себе не находит, словно возле нее не здоровый человек, а прокаженный!»
— Я выкупила вас у империи лишь с одной целью, — начала говорить без предисловий, смотря прямо на нее. — Мне нужны преданные люди, готовые помочь в трудную минуту. Так получилось, что я понятия не имею, как вести здешнее хозяйство. Мне нужна опытная женщина, которая знает, как из минимальных продуктов приготовить вкусную, сытную и полезную еду, как и сколько можно потратить денег при их небольшом количестве. Предупреждаю сразу — будет трудно, а порой и голодно. Платить жалование я вам не смогу, по крайней мере, в ближайшие годы. Так вышло, что золотых у меня не так много, и заработать новые у меня в ближайший год вряд ли получится. Мой муж сейчас лежит прикованный к постели, не в силах даже обслужить себя. Все мое свободное время будет направлено на него и только на него. С вас же требуется лишь беспрекословное подчинение и дружественные советы. Меня не нужно бояться, мне не нужно лебезить и выслуживаться. Меня не волнуют причины, по которым вы остались в бедственном положении, я и так вижу, что вы рачительная хозяйка с большим опытом. Если согласны, то добро пожаловать в имение семьи де Бинор, если нет, то завтра утром мы с вами расстанемся. Надеюсь, вам хватит одной ночи, чтобы все обдумать и принять правильное решение, — сделав паузу, я прошла к нижним шкафам и принялась расставлять посуду. — Давайте все же накроем на стол и наконец поужинаем. Дети устали и голодны, а нам еще нужно придумать, куда их разместить. К сожалению, в этом доме нет даже элементарных вещей, таких как кровать и стулья.
Лисана, явно не ожидавшая такой щедрости от графини, была будто пришибленная. Машинально принимала из моих рук посуду и расставляла ее на столе. Ее движения были неспешными, заторможенными, а на лице не было ни единой эмоции. Словно робот, выполняющий запрограммированную работу. И не более.
Я не выдержала первой, увидев, как мальчишки подходили украдкой к костру и пытались на огне поджарить кусочки чего-то съестного.
— Лисана, отомри! У тебя дети голодны! — кивнула я в сторону окна.
Женщина вздрогнула и ожила. Того, что произошло дальше, я, признаться честно, не ожидала. Она расплакалась и кинулась обнимать мои ноги.
— Спасибо! Спасибо за все! Если бы не вы, Ваше Сиятельство, мои дети остались бы сиротами. Я буду помнить ваше добро до конца своих дней и сделаю все от меня зависящее! Я клянусь, что не подведу вас и никогда ни я, ни мои дети даже не помыслят о предательстве!
После ее слов воздух вокруг нас вновь сгустился и озарился ярким, ослепляющим глаза голубым сиянием. Такой интенсивности не было даже при клятве Аннет.
«Значит, женщина от всей души пожелала этого сама, а не под давлением обстоятельств», — подумала я, принимая клятву.