— Ва… ваше сиятельство! Что случилось? — растерянный капрал смотрел на сидящую прямо на ступеньках графиню, держа в руке маленький медный подсвечник с одной ручкой и огарком горящей свечи.
Капрал был уже не молод и ежедневные бессонные ночи давались ему гораздо тяжелее, чем раньше. Благо, что солдат он набрал старых и опытных, а потому особых проблем не было — слушались его беспрекословно. Тем не менее, он каждую ночь лично проверял караулы и менял людей тоже лично. Он всегда был по характеру достаточно педантичен и этот самый педантизм не раз оказывался весьма полезен в его карьере.
В этот раз задача казалась не из самых сложных и требовала только внимательного и добросовестного отношения. Присутствие графини ночью возле дверей комнаты, что отвели ему под ночлег хозяева, не могла не насторожить капрала. Справившись с первой растерянностью, он приложил палец к губам, показывая, что здесь не самое лучшее место для разговора и рукой поманил женщину за собой.
Она встала, кутаясь в платок, и безмолвно последовала за ним, ничего не спрашивая. Вот тут до него и дошло, что дело не в каком-то хозяйском капризе, а в чём-то гораздо более серьёзном. Он привёл её светлость к лестнице в подвал — точке, максимально удалённой и от всех спален, и от всех мест, где их могли бы подслушать.
Каждый раз, останавливаясь на ночлег, капрал внимательно осматривал не только первый этаж дома, но и отслеживал места, через которые могли проникнуть чужаки. Память его пока никогда не подводила, и сейчас он точно знал, что здесь можно спокойно поговорить — никто не услышит.
Пристроив огарок свечи в маленькую каменную нишу, специально оставленную строителями, чтобы слуга, открывающий замок в подвал, мог освободить обе руки, капрал негромко спросил:
— Что-то случилось, госпожа графиня?
— Я хочу показать вам последний подарок своего мужа, — заявила графиня.
Слова её прозвучали настолько странно, что в первую минуту смысл их даже ускользнул от Арно Туссена и он, удивлённо подняв брови, растерянно переспросил:
— Что вы изволили сказать, госпожа графиня?!
Глава 59
— А до этого, значит, ваше сиятельство, всегда достойные вещи дарил? — капрал держал в руках шкатулку с украшениями и машинально двигал их туда-сюда пальцем. Безделушки чуть поблескивали стекляшками в тусклом свете свечи.
— Да. Всегда достойные и очень дорогие.
— А в этот раз, значит, приказано было цацки дома оставить?
— Именно так он и написал, — подтвердила Николь.
— А вы, значит, послушались мужа, госпожа графиня?
— Не совсем… Я взяла с собой несколько наименее ценных украшений — они мне нужны, чтобы выходить вечером к ужину. Нельзя же появится вот в этом убожестве на людях. Но дорогие комплекты — да, они остались в замке. Я сдала их на хранение сенешалю.
Капрал несколько минут молчал, о чём-то размышлял. Николь терпеливо ждала, стараясь дышать мерно и ровно, чтобы утихомирить собственное сердцебиение — её немного потряхивало от нервного возбуждения и пульс сильно частил. Капрал захлопнул шкатулку с сухим щелчком, и графиня вздрогнула от этого негромкого звука. Мужчина протянул ей ларчик со словами:
— Что ж, если всё так, как вы говорите… Боюсь, что вы правы, госпожа графиня. Солдаты тоже люди и, иногда, любят посплетничать не хуже деревенских тёток. Так что о том, с мужем вы живёте не слишком ладно — разговоры давно были… — всё это капрал проговаривал медленно и задумчиво, как будто одновременно продолжал размышлять о чём-то совершенно другом, к разговору с графиней не относящемуся.
Николь смотрела на собеседника внимательно, стараясь не пропустить ни одного его движения и пытаясь понять — а будет ли он вообще ей помогать? По сути, сейчас она пыталась настроить старого служаку против его собственного работодателя. Капрал наверняка из простых — может быть сын купца или горожанина, а граф… Граф обладает и деньгами, и титулом, и реальной властью! Может быть, не стоило обращаться к Туссену, а нужно было как-то выкручиваться самой?! Военные же наверняка при поступлении на службу дают какую-нибудь там клятву верности или присягу, или ещё что-то подобное.
— У вас нет прямых доказательств, ваше сиятельство.
— Вы правы, это только мои мысли, но…
— К сожалению, ваши мысли слишком хорошо накладываются на мои собственные, — прервал её капрал.
— Вы… Вы тоже заметили что-то необычное?!
— Я случайно услушал странный разговор между Гийомом и Артуром и не мог понять, о чём они… — Поймав недоумённый взгляд графини, капрал пояснил: — Эти двое — из личной охраны графа. Капрал Гийом остался в замке, хотя это он должен был везти вас в Парижель. Если помните, он сильно расшибся накануне поездки, а Лукас… Он, значит, едет, с нами, этот солдат. И хотя вся четвёрка охраны графа должна сйчас подчиняться мне… Они не, значит, оказывают прямого сопротивлении мои приказам, госпожа графиня, но есть, скажем так, некоторые моменты… А ещё Лукас каждый вечер уточняет маршрут на будущий день. И вроде бы ему это не по чину, а только, значит, и не ответить ему я не могу, памятуя о его особом положении. Эти ребята, я сейчас про личную охрану графа говорю, хоть и считаются простыми солдатами, но и денег от хозяина получают поболее, чем я и, значит — к графу приближены сильнее. Они, значит, что-то вроде элитных войск среди охраны, — пояснил капрал.