— Так госпожа сама мне велела уходить, как же я её ослушаюсь?!
И графиня, и капрал нервничали напрасно — самый пустой участок дороги, где с одной стороны был старый лес, а с другой, буквально метров через десять начиналось обширное болото, кортеж проехал совершенно спокойно.
Следующие дни дорога шла мимо полей и часто расположенных деревенек, поэтому ехали без особой боязни. Правда, графиня продолжала болеть и мёрзнуть, а Жиль всё так же возился с сыном, вечерами жалуясь остальным возчикам:
— День ото дня парень слабше… Мне бы до столицы довезтить его, а там к сестре на постой. Она у меня знатная травница, и племяша-то всенепременно поднимет на ноги…
До Парижеля оставалось шесть дней пути, когда капрал Туссен сказал Николь:
— Скорее всего завтра днём, госпожа графиня. Потому как дальше дорога на старый тракт выходит, и сливается с торговым путём. Дальше, значит, вдоль дороги не то, что лесов, даже рощ путёвых не будет — повырубили всё. И народу там шастает множество, и обозы торговые, и сами по себе кто путешествует — все, значит, катить будут. Суета, не хуже чем Парижеле. Так что — готовьтесь.
И Николь, и Сюзанне было очень страшно. От тревоги обе женщины практически не могли спать. Большую часть ночи они тихонько переговаривались, в десятый раз обсуждая одно и то же, и только под утро сон сморил их.
Тут ещё сказалось и то, что в дороге они были уже больше двух недель и обе оказались изрядно вымотаны и тряской, и бесконечными ночлегами в чужих домах, и постоянно присутствующим чувством опасности.
Утром выезд слегка задержался — пропал один их солдат. Один из той четвёрки, что охраняли секретаря в пути. Господин Шерпиньер нервничал, а капрал и вовсе злился:
— Да господин граф этого мерзавца запороть прикажет! Это он, значит, голубчик, с утра пораньше по девкам побежал, а мы тут все ждать его должны?!
— Господин капрал, я знаю Лукаса много лет и он всегда в точности выполнял все свои обязанности. Капрал Гийом всегда хвалил его и даже выделял среди остальных. Может быть с ним что-то случилось или Лукас поехал на разведку? — секретарь был искренне расстроен этой неувязкой.
— Куда бы это он, значит, мог поехать без приказа?! Это что ещё за самоуправство такое? Вы уж как хотите, господин секретарь, а я всенепременно его светлости доложу об этом разгильдяе, — твёрдо закончил капрал.
Из графской кареты высунулась Сюзанна:
— Господин капрал, госпожа требует, чтобы этого солдата не ждали, а отправлялись в путь. Госпожа говорит, что у неё сил нет ждать каждого и если сейчас не тронемся, она вернётся в дом, и застрянем ещё на день, а то и дальше.
Капрал Туссен и господин Шерпиньер тревожно переглянулись, и секретарь растерянно пожал плечами, как бы говоря, что не знает, что делать в таком случае. Раздражённый капрал сплюнул и громко скомандовал:
— По коням!
Кортеж неторопливо тронулся и солдаты, едущие впереди и за каретой графини двумя большими группами, бурно обсуждали пропажу Лукаса. Впрочем, длилось обсуждение не так и долго. Как-то быстро все решили, что Лукас отправился к девке и там, скорее всего, хлебнул лишнего.
— Ничего, проспится и догонит! — таким был общий вердикт.
От городка отъехали совсем недалеко, когда редкие деревья, растущие вдоль дороги, начали собираться всё кучнее и кучнее, и вскоре превратились в достаточно густой лес, нависая над дорогой огромными ветками вековых деревьев. Видимость была отвратительная, потому что среди стариков-великанов плотным строем стояли сравнительно молодые десяти-пятнадцати летние деревья, не давая увидеть даже то, что происходит в пяти метрах от обочины дороги.
Ближе к полудню солдаты немного оживились: предстоял первый небольшой привал и, поскольку дождя не было, вполне был шанс распалить костерок и глотнуть горячего, пока лошади отдыхают.
Дерево, упавшее и перекрывшее дорогу далее, обнаружили сразу после поворота.
Все солдаты были достаточно опытными, да и капрал отдал команд вовремя, но развернуть экипаж всё равно не успели: в нескольких метрах от последней телеги со скрипом и шелестом рухнуло на дорогу ещё одно дерево.
— Засада!!!
Первый выстрел прозвучал из глубины леса уже вполне ожидаемо, и под одним из всадников забилась раненая лошадь, наводя панику…
А дальше солдаты повели себя совсем не так, как ожидали нападавшие: спешившись и споро разделившись на две неравные группы, охрана кинулась в лес, не давая больше стрелять в себя на открытой местности. Возчики тоже были достаточно опытными, и потому нырнули под телеги весьма дружно…