Четверть часа спустя г-н де Шуазёль и гусары окружены плотным кольцом; герцог понимает, что он недолго продержится; кроме того, если, к несчастью, король и королева сейчас приедут, ни он, ни сорок гусаров не смогут их защитить.
Он получил приказ «сделать все, чтобы карета короля беспрепятственно продолжала движение».
Таким образом, его присутствие, вместо того чтобы служить защитой, превратилось в препятствие.
Лучшее, что он может сделать даже в случае прибытия короля, — это уехать.
Ведь благодаря его отъезду дорога будет свободна.
Правда, для отъезда нужен какой-нибудь предлог.
Смотритель почтовой станции стоит здесь же среди пятисот или шестисот зевак, кого одним словом можно превратить в злейших врагов.
Как и другие, он наблюдает за происходящим, скрестив на груди руки; он стоит перед самым носом у г-на де Шуазёля.
— Сударь! — обращается к нему герцог, — не знаете ли вы, отправлялись на этих днях деньги в Мец?
— Сегодня утром провезли сто тысяч экю, — отвечает смотритель, — дилижанс следовал в сопровождении двух жандармов.
— Неужели? — ошеломленный подобной благосклонностью случая, переспрашивает г-н де Шуазёль.
— Черт побери! — восклицает какой-то жандарм. — Это чистая правда, потому что сопровождали его я и Робен.
— Значит, министр, должно быть, предпочел отправить деньги таким способом, — замечает г-н де Шуазёль, неторопливо поворачиваясь к г-ну де Гогела́, — а наше пребывание здесь не имеет больше смысла: я полагаю, что мы можем ехать. Гусары! Седлать коней!
Гусары только и ждали этого приказания. Вмиг кони были оседланы, а гусары оказались в седле.
Они вытянулись в цепочку.
Герцог де Шуазёль выехал вперед, взглянул в сторону Шалона и со вздохом приказал:
— Гусары! По четверо вперед марш! Шагом!
Они выехали из Пон-де-Сомвеля с трубачом впереди, когда пробило половину шестого.
Отъехав шагов на двести от деревни, г-н де Шуазёль приказал свернуть на проселочную дорогу, чтобы не появляться в Сент-Мену, где, по слухам, было очень неспокойно.
Именно в эту минуту Изидор де Шарни, подгоняя шпорами и хлыстом коня, проскакавшего четыре льё за два часа, прибыл на почтовую станцию и переменил лошадь; пока ему седлали коня, он поинтересовался, не появлялся ли в местечке отряд гусар, и узнал, что отряд четверть часа тому назад ушел по дороге на Сент-Мену; он заказал лошадей для кареты и, надеясь нагнать г-на де Шуазёля и остановить его отступление, пустил коня крупной рысью.
Тем временем г-н де Шуазёль, как видел читатель, свернул с дороги на Сент-Мену и поехал проселочной дорогой как раз в ту минуту, когда виконт де Шарни прибыл на станцию; вот как случилось, что виконт де Шарни так его и не догнал.
XXV
РОК
(Продолжение)
Через десять минут после отъезда Изидора де Шарни прибыла карета короля.
Как и предвидел г-н де Шуазёль, любопытные к тому времени разошлись по домам.
Зная, что первый отряд должен был встречать короля в Пон-де-Сомвеле, граф де Шарни и не подумал о том, чтобы в целях предосторожности держаться позади; он скакал рядом с каретой, подгоняя форейторов, которые, словно получив приказ не спешить, ехали тихим шагом.
Прибыв в Пон-де-Сомвель и не видя ни гусаров, ни г-на де Шуазёля, король в беспокойстве высунулся из кареты.
— Умоляю вас, государь, не показывайтесь, я сам обо всем узнаю, — предупредил его Шарни.
Он вошел к смотрителю и спустя пять минут возвратился; он все разузнал и пересказал новости королю.
Король понял, что г-н де Шуазёль уехал, чтобы освободить ему дорогу.
Теперь главным было выехать на дорогу и добраться до Сент-Мену; г-н де Шуазёль, конечно, отступил туда, так что теперь там ждут короля и гусары и драгуны.
Когда карета тронулась в путь, Шарни поспешил к дверце кареты.
— Как будет угодно королеве? Мне выехать вперед или находиться позади кареты?
— Не покидайте меня, — попросила королева.
Шарни поклонился и поехал рядом с каретой.
Тем временем Изидор скакал впереди и никак не мог понять, почему на дороге никого нет (дорога была прямая, и на некоторых участках просматривалась на целое льё или даже на полтора льё вперед).
Чувствуя беспокойство, он подгонял коня, сильно оторвавшись от кареты. Он опасался, как бы жители Сент-Мену не начали подозревать драгунов г-на Дандуана, как это произошло с жителями Пон-де-Сомвеля по отношению к гусарам г-на де Шуазёля.