Друэ стоит не шевелясь. Он только шепнул что-то конюху.
Шарни подходит к нему.
— Сударь, — говорит он, — разве для меня не заказана лошадь?
— Заказана, сударь, — отвечает Друэ, — но лошадей пока нет.
— Как это нет?! — восклицает граф. — А что за лошадь седлают сейчас во дворе, сударь?
— Это мой конь.
— Не можете ли вы мне его уступить, сударь? Я заплачу́, сколько нужно.
— Это невозможно, сударь. Уже поздно, а у меня срочное дело.
Настаивать — значит вызывать подозрения; пытаться захватить коня силой — значит выдать себя.
Шарни, впрочем, нашел прекрасный выход.
Он идет к г-ну Дандуану, провожавшему взглядом королевскую карету.
Господин Дандуан чувствует на своем плече чью-то руку.
Он оборачивается.
— Тише! — предупреждает Оливье. — Это я, граф де Шарни… На станции не нашлось для меня коня: прикажите одному из ваших драгунов спешиться и отдать мне лошадь; я непременно должен следовать за королем и королевой! Только я знаю, где господин де Шуазёль приготовил лошадей, и если меня там не будет, король застрянет в Варенне.
— Граф! — говорит маркиз Дандуан. — Я вам дам не лошадь моего драгуна, а одну из своих.
— Я согласен. Спасение короля и членов королевской семьи может зависеть от незначительного обстоятельства. Чем лучше будет этот конь, тем вероятнее будет успех!
Оба они идут через город, направляясь к дому маркиза Дандуана.
Прежде чем отправиться к Дандуану, Шарни поручил сержанту следить за каждым движением Друэ.
К несчастью, дом маркиза находится в пятистах шагах от площади. Лошади оседланы, но уже около четверти часа упущено; мы говорим «лошади», потому что маркиз Дандуан тоже собирается сесть на коня и, согласно полученному от короля приказанию, отправиться вслед за каретой с арьергардом.
Вдруг Шарни кажется, что кто-то громко кричит: «Король! Королева!»
Попросив г-на Дандуана прислать коня прямо на площадь, он бросается из дома. Действительно, весь город бурлит. Едва Данудуан и Шарни покинули площадь, Друэ, словно только и ждал этой минуты, закричал:
— Только что проехавшая карета принадлежит королю! В ней король, королева и их дети!
Он вскочил в седло.
Некоторые из его друзей пытаются его удержать.
— Куда он? Что собирается делать? Каковы его намерения?
Он отвечает им едва слышно:
— Здесь были полковник и отряд драгун… Короля невозможно было остановить без столкновения, а это могло плохо для нас кончиться. То, что я не сделал здесь, я сделаю в Клермоне… Задержите драгунов — вот все, о чем я вас прошу.
И он мчится галопом вслед за королем.
Вот в это время и распространяется слух: в карете только что проехали король и королева; эти крики и услышал Шарни.
На шум сбежались мэр и городские власти; мэр настаивает, чтобы драгуны возвратились в казарму, тем более что часы только что пробили восемь.
Шарни слыша, что короля узнали и Друэ ускакал, изнывает от нетерпения.
В эту минуту к нему подходит г-н Дандуан.
— Лошадей! Лошадей! — издалека кричит ему Шарни.
— Сейчас приведут, — отвечает г-н Дандуан.
— Вы распорядились, чтобы мне в седельную кобуру положили пистолеты?
— Да.
— Они исправны?
— Я сам их зарядил.
— Хорошо! Теперь все зависит от вашего коня. Я должен нагнать человека, который опережает меня более чем на четверть часа, и убить его.
— Как?! Вы собираетесь его убить?
— Да. Если я его не убью, все пропало.
— Черт подери! Так пойдемте навстречу лошадям!
— Обо мне не беспокойтесь. Займитесь драгунами, их подстрекают к бунту… Видите, мэр обращается к ним с речью? Вам тоже нужно торопиться; ступайте, ступайте!
В то же мгновение лакей подводит двух коней. Шарни вскакивает наугад на того из них, что оказывается ближе к нему, вырывает узду из рук лакея, берет поводья, пришпоривает коня и летит стрелой вслед за Друэ, не расслышав последних слов, брошенных маркизом Дандуаном.
Эти последние слова, отнесенные ветром, имеют между тем немалое значение.
— Вы взяли моего коня! — прокричал маркиз Дандуан. — Мои пистолеты не заряжены!
XXVI
РОК
(Окончание)
Тем временем карета короля летела вслед за Изидором по дороге из Сент-Мену в Клермон.
Как мы уже сказали, день клонился к вечеру — только что часы пробили восемь; карета въезжала в Аргоннский лес, с обеих сторон подступавший к большой дороге.
Шарни не мог предупредить королеву о задержавшем его препятствии: королевская карета укатила раньше чем Друэ ответил Шарни, что лошадей больше нет.