— Может быть, бумаги, которые передаст вам наш сын, помогут вам понять, в чем дело, дорогая Катрин, — заметил Питу.
И он подтолкнул Изидора к матери.
Катрин взяла бумаги из рук малыша.
— Читайте, Катрин, — промолвил Питу.
Катрин развернула наугад одну из бумаг и прочла:
«Подтверждаю, что замок Бурсонн и прилегающие к нему земли были куплены и оплачены мною вчера от имени Жака Филиппа Изидора, несовершеннолетнего сына мадемуазель Катрин Бийо, и вышеуказанный замок Бурсонн с прилегающими к нему землями переходит в полное его владение.
— Что это значит, Питу? — спросила Катрин. — Как вы догадываетесь, я ни слова из всего этого не понимаю!
— Прочтите другую бумагу, — сказал Питу.
Катрин развернула другой листок и прочла:
«Подтверждаю, что ферма Пислё со всеми угодьями была куплена и оплачена мною вчера от имени гражданки Анны Катрин Бийо и что ферма Пислё со всеми угодьями переходит в полное ее владение.
— Ради Бога, скажите мне, что все это значит или я сойду с ума! — вскричала Катрин.
— Это значит, — отвечал Питу, — что благодаря тысяче пятистам пятидесяти луидорам, найденным мною третьего дня в старом кресле моей тетушки Анжелики, том самом, которое я разломал на дрова, чтобы вы согрелись, когда вернетесь с кладбища, земли и замок Бурсонн не уйдут из семьи Шарни, а ферма и земли Пислё будут принадлежать семейству Бийо.
И Питу подробно рассказал Катрин то, о чем мы уже поведали нашим читателям.
— И у вас хватило духу сжечь это старое кресло, дорогой Питу, когда у вас была тысяча пятьсот пятьдесят луидоров, чтобы купить дров!
— Катрин, — отвечал Питу, — ведь вы должны были вот-вот вернуться; вам пришлось бы ждать, пока я куплю и привезу дрова, и вы бы совсем замерзли.
Катрин распахнула объятия; Питу подтолкнул к Катрин маленького Изидора.
— О, и ты тоже, ты тоже, дорогой Питу! — воскликнула Катрин.
И разом прижала к себе сына и мужа.
— О Господи! — пробормотал Питу, задохнувшись от радости и в то же время уронив последнюю слезу о судьбе старой девы. — Как подумаю, что она умерла от голода и холода!.. Бедная тетушка Анжелика!
— Могу поклясться, — с добродушной миной воскликнул толстый пахарь, обращаясь к свеженькой прелестной скотнице и указывая ей на Питу и Катрин, — что этим двоим такая смерть не грозит!
КОММЕНТАРИИ
«Графиня де Шарни» («La comtesse de Sharny») завершает серию романов «Записки врача». По первоначальному замыслу автора события, о которых повествует книга, должны были войти в «Анж Питу», предыдущий роман серии, но его публикация, как это объяснено в авторском предисловии к «Графине де Шарни», была прервана в связи с изменениями в издательской конъюнктуре, и не напечатанные тогда главы были включены в этот заключительный роман.
Время его действия: 6 октября 1789 г. — февраль 1794 г.
Первое издание во Франции: Paris, Cadot, 8vo, 19v., 1852–1855.
В настоящем Собрании публикуется перевод Т. Сикачевой (1992), сверенный Г. Адлером с изданием: Paris, Robert Laffont, 1990. При составлении комментариев учтены примечания в этом издании, подготовленном К. Шоппом (С. Schopp).
Предисловие
… после заключительного отрывка романа «Анж Питу», печатавшегося в газете «Пресса»… — Этот роман печатался в «Прессе» с 17.12.1850 по 26.06.1851.
«Пресса» («La Presse») — французская ежедневная газета; выходила в Париже в 1836–1929 гг.; в 30–50-х гг. XIX в. придерживалась республиканского направления; пользовалась большой популярностью благодаря публикациям в ней романов-фельетонов.
«Читальный зал» — система общественных читален, появившихся во Франции еще в середине XVIII в. и достигших наибольшего распространения в начале 30 гг. XIX в.; эти читальни располагали новейшими журналами и отдельными литературными изданиями, предоставляемыми абонентам за небольшую плату, и одновременно издавали книги, обычно большого формата, специально для собственного пользования.
… когда король и королева собираются покинуть Версаль и отправиться в Париж… — Королевская семья вынуждена была оставить Версаль по требованию беднейшего населения столицы. 5 октября 1789 г. многотысячная толпа парижан, главным образом женщин, доведенная до отчаяния тяжелым положением с продовольствием в городе, двинулась на Версаль, требуя хлеба. 6 октября народ ворвался во дворец и заставил короля с семьей переехать в Париж. Эти события подробно описаны Дюма в романе «Анж Питу» (II, 21–29).